Книга Я вернулся. Том 5, страница 53 – Андрей Ткачев, А. Байяр

— Авиакатастрофа, — процедил я сквозь зубы.

— По новостям передавали, что его самолет пропал со всех радаров где-то над Тихим океаном. Конкретное место было неизвестно, и поиски тоже ни к чему не привели. Вся семья профессора Волкова будто бы… растворилась. Так же, как все документы и формулы, которые он приказал уничтожить.

— Он не говорил, по какой причине работа над сывороткой должна быть остановлена?

— Нет, но я догадывался по какой, — вздохнул мужчина. — Думаю, что он… осознал последствия, к которым может привести ее создание. Именно тогда, когда мы уже были близки к ее завершению, чтобы переходить к этапу более массового производства, а не к одиночным действиям. Можете называть это предчувствием, но я понимал, что всё закончится именно так.

Некоторое время мы ехали молча. Дал химику небольшую передышку перед тем, как перейти к сути. И лишь когда мы заняли один из дальних столиков в пустующем «Анекан Джансо», я посчитал, что можно продолжить наш разговор. Большой заказ на троих был сделан, а мать Хёншика уже суетилась на кухне с его приготовлением.

— Господин Сон, — начал я, тщательно подбирая слова. — Дело в том, что все наработки моего отца еще двадцать лет назад были выкрадены из лаборатории. Сейчас я говорю не только о формулах для создания компонентов сыворотки, но и обо всех его исследованиях целиком. С нуля до конечного этапа.

— Этого не может быть, — твердо заявил мужчина, явно уверенный в своей правоте. — Профессор никому, даже своему личному ассистенту не давал доступа ко всем исследованиям, и уж тем более не хранил их в лаборатории. Никому он не доверял так, как самому себе, так что формула сыворотки всегда находилась в строжайшем секрете.

— И я охотно в это поверил бы, господин Сон, если бы не…

Мой рассказ о ведущихся в настоящее время исследованиях с участием доктора Сугахары Арато и сотнях подопытных людей растянулся надолго. Хозяйка лапшичной уже успела накрыть на стол, а мы с Джиной — плотно пообедать. Только преподаватель аналитической химии, сидящий напротив нас, так и не притронулся к еде. Понимаю. Страшные истории вообще умеют отбивать аппетит. Особенно те, что основаны на реальных событиях.

— А теперь я спрошу у вас, — обратился я к мужчине, как только история о современных модификантах подошла к концу, — действительно ли вы уверены в том, что никто из сотрудников лаборатории не мог получить полный доступ ко всем наработкам моего отца?

— Я… — пролепетал побледневший химик, глядя в пустоту, — … точно… точно уверен, что в нашей лаборатории они не хранились. Даже если бы кто-то взял на себя смелость сделать копии абсолютно всех записей до единой, то сыворотку, опираясь исключительно на них, завершить бы не удалось. Только если…

— Если?.. — изогнул я бровь.

— Только если среди наших сотрудников не оказалось бы человека столь же гениального, как ваш отец. И таких людей я не припомню.

Следующая догадка напрашивалась сама собой, и я тут же поспешил подвести к ней.

— Мы с сестрой, в самом деле, были единственными подопытными?

— Да. Других у профессора не было.

— А если он продолжал свою деятельность в Штатах?

— Для нее не было создано подходящих условий, и Александр сам говорил мне об этом. Работа над сывороткой велась только в Хвангапуре. В отсутствие профессора лабораторией временно заведовал я. Занимался приготовлением компонентов, поставками веществ и ведением сопроводительной документации.