Книга Да, я счастливчик, и что с того?! Том 2, страница 121 – Илья Романов, А. Байяр

«Первостепенные инстинкты всякого живого создания — это жрачка, самосохранение и воспроизведение себе подобных, а потому вопрос рано или поздно всё равно встанет ребром! Встанет… ребром! Аха-ха-ха!»

— Да иди ты…

Взяв с алтаря пару золотых серег, нисколько не тронутую временем, убрал ее в карман.

«И запомни — найти открытый портал тебе нужно будет самостоятельно, а уже после немного с ним поиграться».

Это я давно уже понял. Целенаправленно для открытия порталов из всего фиструма подходил лишь браслет. Остальные же части комплекта служили вспомогательными артефактами для их контроля.

Тем не менее, ни в коем случае нельзя было дать госпоже Шлейфер возможность завладеть последней составляющей фиструма. Мало ли, порталы в какие из миров она намеревалась распахнуть. Желательно бы вообще выкрасть у нее кулон с браслетом и отнести их сюда, под охрану бдительного Голиафа и его смертоносных детишек.

«Умнеешь не по дням, а по часам, малец! — присвистнув, похвалила мои порывы тварь. — Жду не дождусь момента, когда после какого-нибудь неожиданного драматического поворота ты вновь перевоплотишься из альфы в жалкую омежку!»

Игнорируя весь словесный понос, выливающийся на меня в еще больших объемах, чем прежде, я двинулся на поиски «случайно» открывшегося в Абба-Але портала. Как оказалось, в каждом из миров была та самая энергетически активная зона, в которой с завидной частотой и возникали бреши между мирами. Неудивительно, что портал я обнаружил неподалеку от того места посреди джунглей, куда приземлился больше недели назад.

Времени на эксперименты с межпространственными перемещениями у меня не было. Сколько на удачу ни уповай, всегда был хотя бы маломальский шанс, что всё пойдет по известному месту. С этой целью у меня при себе и были серьги.

Я мог бы успешно воспользоваться силой артефакта, перенастроив портал, и оставить составляющую фиструма здесь же, обозначив тайник. Но они еще пригодятся мне в будущем, дабы вернуться сюда и доделать начатое. Так что выбора у меня, как такового, не было. Только всеми известными и пока еще неизвестными способами скрыть наличие сережек от одержимой ректорши.

— Ну что ж… — обернулся к столпившимся возле портала обезьянкам. Часть из них откуда-то раздобыла платки. Махала ими, протирала увлажнившиеся глаза и шумно в них сморкалась. — Как говорится, не прощаемся. Захотите наведаться в гости — всегда добро пожаловать…

«Они со мной прощаются, а не с тобой, идиот! — гаркнул Царь и, откашлявшись, двинул небольшую речь, отчего-то более понятную этим существам, нежели мою. — Был рад убедиться, что Абба-Ала продолжает жить своей жизнью и пусть так же остается впредь! Питайтесь, плодитесь и радуйте бога своего сытым и довольным существованием! И даже если душа моя далеко от земель Абба-Алы, вы навсегда остаетесь у меня… знаете где?!»

И все обезьянки, как одна, приложили сжатый кулачок к груди.

— Туть! — пискнула пушистая малышка, крохотной лапкой обнимая меня за ногу.

Душещипательный, конечно, момент, но пятой точкой чувствовал, что стоило поторопиться. Так что в последний раз окинув взглядом вполне разумных жителей этого мира, вынул из кармана серьги и с понятным намерением раскрыл ромбик на одной из них напротив зияющего зева портала.