Книга Да, я счастливчик, и что с того?! Том 1, страница 63 – Илья Романов, А. Байяр

Итак, если бы я не скрывал свои способности, то мне была бы прямая дорога на магический специальный. По крайней мере, мне так казалось. В сложившейся ситуации никакой факультет кроме специального теоретического мне не подходил. Что ж, тем лучше, потому что упор на саму суть магии сейчас был как раз кстати.

Мои способности в принципе не нуждались в дополнительном изучении. Я и так прекрасно успел понять их законы. Чем больше запас маны — тем дольше длится моя удача; чем дольше длится моя удача — тем больше открывается перспектив в мире, в котором я живу. Пожалуй, остановимся на этом.

Полиночка ушла к материальным боевикам, а Ульяна к материальным бытовикам, что бы это ни значило. Жорик, пообещавший служить мне верой и правдой, как-то растворился в общей куче, так что спрошу потом сам, куда определили его.

С чистой душой и грязной совестью лично я отправился к первокурсникам-теоретикам, стоявшим под зависшим в воздухе над преподавателем номером группы: «СТ-1». По своему малому количеству она могла сравняться только со специальными магами. Человек по тридцать в каждой, в то время как остальные группы росли, как на дрожжах.

Но меньше народу — больше кислороду, поэтому именно в таком составе мы и потопали на классный час.

Определили нас в скромный по своим габаритам кабинет, где всем едва хватило места. Я сразу же занял третью парту на первом ряду у окна и покорно воззрился на преподавателя в ожидании начала.

Наконец-то, блин, учеба. Никогда прежде особой прилежностью на занятиях не отличался. Ни в школе, ни в шараге. Короче, был одним из тех, кто забивал болт, плыл по течению и делал всё в последний момент перед самой сдачей.

Однако когда жизнь предоставляет тебе второй шанс и вновь возвращает за парту, невольно задумываешься о том, что неплохо было бы взяться за ум. Да и мы тут, вроде как, не фигню какую-то бесполезную изучать будем, а то, что, несомненно, пригодится мне в будущем.

Когда все расселись, учитель выждал еще некоторое время, пока в аудитории воцарится абсолютная тишина. Аж слышно было, как муха об стекло бьется, когда он наконец-то открыл рот. Густые усы двигались в такт его словам, а лысина поблескивала в свете ламп.

— Мое имя — Виктор Эрнестович Нелюбимов, — начал он, нарочито-медленно растягивая слова, — и если вы думали, что факультет теории магии позволит вам выпуститься из академии безо всяких проблем, то спешу вас огорчить: через месяц половина мест в этом кабинете освободится. Я не держу здесь глупцов, — начал он обход между партами, сложив руки за спиной, — тунеядцев, весельчаков и эгоистичных выскочек, уверенных в капле своих бесполезных знаний. На пятерку магический закон знает тот, кто его открыл; на четверку — составитель ваших учебников; на тройку его знаю я. — Вальяжной походкой он вернулся к преподавательскому столу и обернулся к нам. — Остальные оценки — ваши. И чтобы доказать вам это, первый экзамен состоится уже сейчас. Посмотрим, насколько хорошо вы подготовились к поступлению. Если же пришли сюда пустыми, надеясь, что вас всему обучат на месте, то знаете, где дверь.

Что?! Экзамен? Уже сейчас? А как же… знакомство там, выбор старосты и прочие организационные моменты?

— Знакомство, выбор старосты и прочие организационные моменты, — обернулся препод на меня и насмешливо приподнял кустистые брови, — мы обсудим после.