Книга Да, я счастливчик, и что с того?! Том 1, страница 116 – Илья Романов, А. Байяр

Такая себе охота, скажу я вам. Не столь благородное занятие, сколь грязное и мерзкое до безобразия.

Неизвестно, сколько еще монстрятина дергалась бы в конвульсиях, ревя, вереща и загрязняя лес своим ливером, потому что я решил окончить ее страдания быстрее. Поднялся на негнущихся ногах, подошел к ней. Взялся за рукоять торчащего из окровавленного пуза меча и, стараясь не прилипнуть к раскинутым сетям, с силой провернул его внутри. Первый раз, второй, третий… Только на четвертый сколопендра обмякла, и лес, окружавший нас, утонул в неестественной тишине. В прочем, ненадолго.

Разразившись хохотом, парни приблизились ко мне, вымазанному во внутренностях твари с ног до головы.

— Ну ты даешь, Гордеев! — воскликнул Михаил, скрестив руки на груди и глядя на меня сверху вниз. — А удача-то явно на твоей стороне!

— Может, и удача, — приглушенно ответил я, опустив голову.

— Эк как воткнулось-то ловко! — уперев руки в бока, оценивающе поглядывал Павел на растерзанную тушу. — А как приложило-то потом, аха-ха-ха! — и присвистнул.

Этот свист показался мне еще более мерзким, чем визг сколопендры, но я разумно промолчал, стиснув зубы от охватившего меня желания вмазать Ломоносову в челюсть.

Понятия не имею, что на меня нашло. Я ведь и сам успел стать убийцей. Но я никогда не совершил бы ничего подобного, если бы обстоятельства не вынудили меня. Если бы нашелся способ избежать резни в особняке Вронских, несомненно, воспользовался бы им как единственно верным вариантом.

К сожалению, чаще всего мои способности несли хаос и разрушение, и с этим я тоже ничего поделать не мог. Но насмехаться над мучениями даже самой последней твари и в этом, и в иных мирах — подло и низко. Тем более для аристократа, который являет собой пример благородия и чести для людей, верных ему.

— Что-то ты приуныл, пацан, — уловил мое состояние Каменецкий. — Или стезя охотника всё же не для тебя?

— Всё нормально, — ответил ему в прежнем тоне. — Можем продолжать.

Нагнулся, вынул вверенный мне ржавый меч, который вышел из туши чудовища с противным хлюпающим звуком и протер его краем водолазки. Правда, ему такая чистка не сильно помогла.

— Вы говорили, что клуб охотников собирается только в нечетные дни, — припомнил я, — когда мы отправились на поиски иных аномальных жителей леса. — Тогда кто занимается истреблением тварей в четные?

— Стража академии, естественно, — повел плечами Павел.

— До создания клуба они занимались ими и в нечетные, — с ухмылкой добавил Михаил.

Еще раз убедился в том, что практическая польза для создания этого клуба была лишь в теории. По факту — это сборище студентов, которое таким вот специфическим образом удовлетворяет свою жажду жестокости и насилия. Да, я не мог с полной уверенностью сказать это о каждом члене клуба, но если говорить об этих двоих, то дела обстояли именно так.

Дополнительное подтверждение моим выводам последовало чуть позже, когда мы наткнулись на безобидных с виду существ. Какие-то маленькие волосатые комочки, издававшие приятные мурчащие звуки. Выглядели они вполне себе дружелюбно и уж точно не агрессивно. Ни когтей, ни жвал, ни клыков. Ни намека на хищную природу. Однако это не помешало двум матерым охотникам искрошить их на лоскуты под жалобный писк.