Книга Система стратегии: Лорды тоже люди. Том 2, страница 2 – А. Байяр

Труднее всего приходилось телу. Если мозг уже вполне осознавал, в какой заднице я очутился, изнеженные мышцы ныли от боли и перегрузок. Требовали удобный диван, на спинку которого можно было бы с кайфом откинуться, и отказывались поднимать что-то тяжелее жестяной банки пива. Им требовалось больше времени, чтобы адаптироваться к нынешним реалиям, а мне — терпение, чтобы продолжать с должным тщанием развивать свои тело и дух.

Бурку я оставил «припаркованной» на главной дороге перед своеобразным нитшестом исключительно на свой страх и риск. Надеялся, что маньяк углубился в лес и на открытое пространство выходить поостережется, но мало ли что могло взбрести ему в голову? Питал ли он особую неприязнь к лошадям, или же конюшня просто удачно подвернулась ему под руку — пока оставалось неизвестным.

Сами мы двинулись вглубь на северо-запад, чтобы иметь возможность перехватить вольника между двумя локациями. Стараясь шагать по ковру из листьев бесшумно и вслушиваясь в каждый подозрительный шорох, коих в лесу было предостаточно.

То и дело из зарослей к нам выскакивали сгенерированные Системой зайцы, лисы и кабаны. Столкновения с ними лишали нас драгоценных минут, а звуки боя, визги животных и треск могли обнаружить наше местоположение куда раньше, чем нужно, но поделать мы с этим ничего не могли. Лес продолжал жить своей жизнью, сколько бы психов с мечом наперевес по нему ни расхаживало, а самой Системе было глубоко насрать на то, что некто не собирается жить по ее правилам. Выслуживаться перед лордом, вальсировать на тренировочной площадке и играть в войну.

Первое время никаких следов за буйным генералом замечено не было, однако немного погодя Володей были обнаружены засохшие уже капли крови на прелой листве и дорожка из них, уводящая нас еще глубже в чащу. Кое-где дорожка обрывалась, но мы находили ее снова, и в конечном итоге она вывела нас к тому самому лагерю, о котором упоминал Павел Андреевич.

Мда-а-а… Зрелище нашим глазам предстало еще похуже, чем на конюшне. Истерзанные и окровавленные тела валялись по всему периметру вокруг потухшего костра. Мужчины, женщины… Благо, детей видно не было. Кто-то, как и Павел, пытался спастись бегством, но незнакомец оперативно перехватывал этих людей и расправлялся с ними не менее жестоко, чем с остальными.

— Вот же… урод конченный! — сжал Семён кулаки и от души треснул близстоящее дерево, оставляя на нем приличную вмятину.

— Семь человек, — пересчитал Володя павших и скривил губы. — Старик был прав. Действовал этот тип наверняка.

— А они просто ничем не могли ответить ему, — добавил я, склонившись над одним из бедолаг и рассматривая зияющий поперек его лица порез. — Сдохни или попытайся удрать, но всё равно сдохни. Без вариантов.

— Система диктует свои правила, и с этим нам ничего не поделать, — прошелся мужчина в дальнюю часть лагеря, высматривая новые следы. — У них не было возможности противостоять даже друг другу, не то что генералу.

Тем не менее, дорожка крови вела нас дальше, и мы покинули место жестокой бойни в поисках мясника. Создавалось впечатление, словно заканчиваться она и не собиралась. Володя уж было предположил, что в ходе нападения либо на лагерь, либо на конюшню генерал умудрился нанести себе тяжелое ранение сам и ныне истекал кровью, не способный остановить ее. С еще большим успехом он мог наткнуться по пути на какого-нибудь зверя, успевшего полакомиться им до того, как получить смертельный удар. Но всё оказалось куда более прозаично.