Книга Первая смерть, страница 34 – Александр Лобанов, Иван Смирнов

Остановившись и взглянув на спутницу, я спокойным, но уверенным, голосом произнёс:

— Ирис, я не мой дед. Запомни это раз и навсегда, — чуть помедлив, я постарался немного смягчить голос. — Дед всегда был эксцентричным и я уверен, что он неслучайно настроил тебя так, а не иначе. Но если хочешь, чтобы я прислушался к мнению деда, то я должен понимать, на чём оно основано. Расскажи мне.

В этот момент, смотря своими умными глазами, она как будто сканировала меня. Но не успел я задуматься над её поведением, как получил ответ на свой вопрос.

— Оно основано на том, что он видел во мне личность, а не безвольного раба. Да, ему требовалось моя помощь, и он не мог выпустить меня из артефакта. Но он пытался облегчить мне существование, как мог, дав свободу самовыражения. Он сам был какое-то время рабом и понимал, насколько это сложно!

Вот на этом месте я слегка подвис. В смысле «личность»? В смысле «безвольный раб»? В смысле «не мог выпустить»? Получается, все это время мне помогал не искин, а живое существо?

И что значит, что мой дед был рабом? Хотя сейчас это, пожалуй, не так важно.

Я начал осознавать, что новый мир куда сложнее, чем я только мог представить. И пора откидывать стандарты и правила своего мира, если хочу выжить. Ведь такой технологии, как запечатывание живого существа в артефакт, в моём мире не знали. Да и мне бы хотелось, чтобы никогда не узнали, а то звучало это даже в мыслях жутко.

— То есть ты живое существо? — я решил озвучить очевидное, чтобы получить информацию у первоисточника.

— Ирис. Из расы Аурикир, информационно-энергетических сущностей, — капибара растворилась и в воздух поднялся, словно призрак, голубоватый туман без чётких форм и границ. — Моя раса обитает так далеко отсюда, что ты никогда не сможешь добраться в те земли. Да и выжить тоже будет проблематично, там совершенно другая среда обитания.

Первое, что я понял из её представления. Ссориться с Ирис я не хочу. Потому как если однажды она освободится и будет зла на меня, то последствия я не могу себе даже представить. Существа, состоящие из чистой энергии, просто не могут быть безобидны. Скорее всего, её ограничивает артефакт, как она его назвала ранее — Сердце Забытых.

Кроме того, я понимал мотивы деда, но не признавал их!

Владение «рабами» — не путь нашего рода и меня лично. И пусть в моём родном мире «Великий клан» и причастные к нему кичились наличием рабов, но дед никогда не одобрял этого, выступая против. И я полностью его поддерживал.

Именно поэтому я даже помыслить не мог, что он способен дать мне артефакт с заключенной внутри живой сущностью.

И мне взгляд сильных нашего мира стал нравиться ещё меньше после пленения родителей, чья судьба варьировалась между смертью и рабством. Конечно, если я не смогу вовремя вернуться и изменить их судьбу. Но размышлять об этом было не место, да и не время, пока я не обладал нужными силами, чтобы противостоять великим кланам.

Вернувшись к реальности, я вновь сфокусировался на собеседнице. Я немного жалел, что не могу отпустить Ирис. Но в этом вопросе я решил положиться на суждения деда. Я вынужден полностью согласиться с ним — Ирис, как часть артефакта Сердца Забытых, мне жизненно необходима.

— Вас что-то ещё интересует, хозяин? — вырвала меня из размышлений Ирис.