Книга Сын палача. Том 1, страница 64 – Андрей Ткачев, Вадим Оришин

С одной стороны, со многими из рода Грахтарн я знаком лично, так как главы наших родов практически дружили, насколько вообще возможна дружба между палачом и интриганом, который выявлял шпионов среди аристократов. С другой же – я сейчас служил роду Эвверан, и несмотря на то, что они были имперскими аристократами, для меня долг и честь не были пустым звуком. В войне приобретаешь цинизм, это неизбежно. Но в то же время она учит ценить верность и преданность.

Понятно, что я должен попытаться развеять проклятие, не навредив магу. Если, конечно, мои соображения по поводу рода Грахтарн верны. Маг занимается этим больше года, значит, у него есть мотив. Не факт, что в моих силах его переубедить, и совсем не факт, что смогу победить в схватке, если разговор не получится. Но попробовать я обязан, наши семьи тесно связаны, этим нельзя пренебрегать.

Еще все так же непонятно с моим нанимателем. Ошиблись в моей оценке? Но Моритас неплохо меня знал… Как минимум достаточно хорошо, чтобы предвидеть такое решение в отношении Эвверанов. Рассчитывал, что тюрьма меня ожесточила? Не без этого, но не настолько. Я чего-то не знаю или не понимаю.

— Доброе утро, Солрэн, – донесся до меня голос Рады, шедшей от главного здания к воротам, где я ждал ее, проснувшись еще до рассвета и придя сюда сразу после разминки.

Компанию ей составляли слуга и два скакуна.

Причем эти кони были, насколько я помню и ничего не путаю, из какой-то редкой имперской породы, на них на протяжении всего взросления влияли маги жизни, поколениями выводя более красивые, выносливые и сильные особи. Такая ускоренная селекция, исключающая практически все ошибки.

Мое мнение – лишняя трата силы, которую можно применить в более серьезном деле, но это же имперцы. С нехваткой магов, как в королевстве, они были не знакомы.

— Доброе утро, миледи, – уже не с таким, как прежде, энтузиазмом я выполнил церемониальный поклон. Слуге достался только кивок головы: – Привет, Чес.

Чес, передав нам скакунов, благоразумно удалился, не пытаясь прислушаться к разговору. Обе лошадки были вычесаны, и в целом весь их вид говорил о том, что за конями ведется тщательный уход. А про стоимость сбруи я, пожалуй, промолчу… лучше это в цифры не переводить.

— Ты чем-то расстроен? – всматриваясь в мое лицо, спросила девушка.

Обломом я расстроен, прекрасная миледи. Но вам об этом знать не стоит.

— Нет, Рада. Лишь думал о возможных трудностях, которые нам предстоят. Опыт подсказывает мне, что нужно готовиться к худшему, хотя бы из предосторожности, – увильнул я от прямого ответа.

Перспектива повторно отправиться в длинную пешую прогулку меня не прельщала, поэтому на смирного пятнистого жеребца я запрыгнул с удовольствием. Рада сделала то же самое, но куда ловчее меня, предварительно погладив вороную кобылку по шее.

Мы покинули поместье и пошли рысью. Скорость задавал я, надеясь сохранить лошадей свежими на случай вынужденного ухода от погони. Понимаю, что это попахивает паранойей, но она была не безосновательна: напали на главу рода, что им обычные слуги?

Рада, чуть отставшая от меня, недолго хранила молчание.

— А я думаю, что ты расстроен известием о моей связи с Барнсаром, – откровенно сказала она, чем несколько меня огорошила. Как-то не ожидал я, что мы будем вести разговор именно об этом.