Книга Сын палача. Том 1, страница 102 – Андрей Ткачев, Вадим Оришин

— Это ты так хочешь сказать, что у нас нет другого выхода? – язвительным тоном спросила девушка.

— Если найдешь – с радостью послушаю, – пожал я плечами. – Я его не вижу. Пока не вижу…

— Мы сообщим Келдрину, и он сможет собрать весь род, чтобы одолеть этого… Грахтарна.

— Да? Устроите бой с магом смерти посредине людной деревни? А ведь он от смертей вокруг будет только сильнее и точно не станет стесняться, накладывая смертельные заклинания по большим площадям. При такой облаве ему терять уже будет нечего, – предостерег я.

— А ты, Солрэн? Ты с нами или уже нет? – похоже, это Раду сейчас интересовало больше.

— С вами. Просто предостерегаю от поспешных и необдуманных поступков.

— Тогда мы вернемся в особняк и обговорим все с Барнсаром и господином Келдрином.

Желая показать, что на этом разговор закончен, Рада поднялась и покинула палату.

Я вздохнул. Кажется, все в реальности будет тяжелее, чем я предполагал.

* * *

Источник силы (если он, конечно, был достаточно мощным) всегда ощутим, не только магами, но и даже обычными людьми. Здесь, буквально в стенах этого старого особняка, жила магия огня. Тут всегда было сухо, и обитатели его не знали холода. В камине, расположенном в главном зале особняка, выполненном в рост человека и даже немного выше, постоянно горел не угасающий огонь. Именно это пламя олицетворяло источник, являлось его физическим проявлением, его сила распространялась далеко за пределы этих стен.

У огня грелась высокая немолодая худощавая женщина, удобно устроившись в старом, но еще вполне крепком кресле, сделанном очень давно настоящим мастером, которое, скорее всего, переживет и ее саму. Она протянула к пламени свои руки, облаченные в изящные перчатки из черного кружева. Несмотря на то что в зале было достаточно тепло, даже почти жарко, женщина мерзла и тянулась к огню. Её бледное тело иногда вздрагивало от холода.

За ее спиной измерял шагами комнату молодой маг. Семь шагов до стола, повернуться, три шага до кресла, повернуться, шесть шагов до покрытого пылью комода, повернуться… Его одолевали тяжелые мысли и преследовали сомнения. Дело, которому он посвятил последние годы, перешло в свою активную стадию. Это воодушевляло, но риски…

— Моритас. Прекращай нервничать, – вдруг произнесла женщина.

Молодой маг остановился, одернул себя.

— Простите, госпожа.

— От твоего волнения ничего не меняется, – спокойным, даже слишком спокойным голосом добавила она. – Все произойдет так, как должно произойти. Мы же будем отталкиваться от результата, каким бы он ни был.

Моритас мысленно возмутился, однако спорить не собирался. Лишь высказал философское:

— Нет ничего хуже, чем ждать и догонять.

— Отнюдь, мой юный неопытный друг, – ответила волшебница, продолжавшая зябко кутаться в свою меховую накидку. Будто бы и не было рядом столь сильного пламени. Молодой маг, наоборот, старался держаться от камина как можно дальше. – В сравнении с чувством полного отчаяния и безысходности, которое наступает в истинно безвыходной ситуации, нетерпение от ожидания вестей, или же гонка с конкурентом, тебя опережающим, не более чем легкая поволока на чувствах. Не думай о результате. Не надейся на результат. Думай о том, что будешь делать, когда результат будет достигнут, – поучительно изрекла она.