Книга Темный контракт. Том 4, страница 9 – Андрей Ткачев, Александр Лобанов

— Осторожно! Осторожно! Не дёргайте его! — услышал я крик Юлии практически у себя над головой.

Я буквально заставил себя разлепить глаза. Первые несколько секунд мир кружился, а образы и краски сливались. Меня затошнило… Но я не мог так просто сдаться и, прогнав по телу волну манны, сумел на несколько секунд стабилизировать сознание.

И тут же увидел пылающий флаер. Службу безопасности высотки, где я обитал, что вместе с пожарными тушили мой транспорт. Но тот пылал, словно пламя было из центра адской бездны.

— Егы… гы, — я попытался позвать Елену, но язык меня совершенно не слушался.

— Не двигайся! — в поле зрения появилось перепуганное лицо Юлии. — Ты оказался почти в эпицентре взрыва. У тебя могут быть внутренние травмы.

Вокруг замелькали ещё люди… все в белых халатах. И я почувствовал, что мой транспорт — каталку, загрузили в один из флаеров скорой помощи. Юлия замешкалась… Я увидел, как она бросила взгляд на пылающий флаер. И тут двери скорой захлопнулись. Лёгкий толчок и мы начали подниматься.

Не успел я ничего больше сделать, как мне в вену воткнули иглу, а десяток секунд спустя я вновь отключился, потерявшись в прохладе сна.

* * *

В следующий раз я приходил в себя уже более плавно. И можно сказать, что даже с некоторым комфортом. Тем самым комфортом, что может дать больничная кровать в частной палате.

— Брат… — услышал я облегчённо радостный выдох рядом.

— Юля… — поворот головы отдался лёгкой болью в сознании, но не более. — Что произошло?

То, что на меня устроили покушение — очевидно. Даже немного странно, что потребовалось почти три месяца, чтобы меня попытались устранить.

Меня интересовало другое. Почему покушение вообще произошло, а не было предотвращено заранее? И вытекающий из него вопрос: кто стоит за этим? Кто настолько сильно хочет моей смерти?

— Это моя вина, — девушка отвела глаза. — Я не уследила… Ещё два дня назад несколько камер на подземной парковке повредили. Рабочие их должны были починить сегодня… Но окном воспользовались и сегодня ночью флаер заминировали… И…

Я протянул руку и положил на колено чуть не плачущему синту. Сестрёнка сейчас совершенно не выглядела, как бунтующий подросток, которому что-то не разрешили… Отнюдь! Совершенно разбитая девчушка. Готовая чуть ли не волосы на себе рвать от чувства вины.

— Похоже, наш противник хорошо изучил моё расписание и привычки, — успокаивающе протянул я. — Враг знал, что делает.

— Угу… — девушка не подняла головы, но голос стал чуть увереннее. — Я просмотрела данные безопасности за последние пару дней. Проанализировала и сопоставила с информацией о посетителях высотки за последние месяц и проанализировала информацию о людях, бывших в квартале от нас… Но это единственное, что я смогла скомпилировать из обрывистых образов. Наш враг умело скрывался от камер и систем охраны.

Глаза девушки, словно проектор, засветились, и в воздухе зависла анимированная трёхмерная фигура мужчины в мешковатой одежде и с закрытым капюшоном лицом. Однако, даже несмотря на все эти ухищрения, было очевидно, что это человек уже в возрасте — морщины и лёгкая седина проступали весьма отчётливо. Да и в движениях чувствовалась некоторая грузность.

С ходу я не мог припомнить никого с такой внешностью и повадками, что неудивительно — вероятнее всего, это наёмник, который, возможно, даже не знал ни на кого он работает, ни кто был целью. В тех кругах, где я вращаюсь, люди сами не станут марать руки, а наймут исполнителя. А это ещё одна ниточка…