Книга Темный контракт. Том 2, страница 26 – Андрей Ткачев, Александр Лобанов

Я открыл глаза. Сон… Это всего лишь сон! Кошмар, что неожиданно пробрал меня до холодного пота. До самых поджилок! Ибо было в нём… что-то невероятно похожее на правду. Будто это происходило на самом деле.

— Значит, пациент подыхать отказывается? — разорвал оцепенение голос сбоку. — Жаль… Придётся-таки лечить идиота. Какая незадача.

Я повернул голову направо, откуда доносился голос… В глазах помутилось от боли, а в шее что-то нехорошо хрустнуло. Боль, что помогла мне запустить ритуал на Арене, после завершения ритуала вернулась в полной мере.

Тем не менее я сумел различить фигуру в белом халате, что стояла в изголовье кровати. Врач неспешно копался в обширном чемоданчике, часть содержимого которого уже заняла ближайшие поверхности. Также краем глаза я приметил несколько медицинских приборов, тихо пищащих в своём собственном ритме и не обращающих внимания на людей.

И я бы не удивился, если бы дело происходило в больнице. Но нет. Обстановка моей личной комнаты в особняке угадывалась с первого взгляда. Даже обрезанные ветви яблони видны из окна.

— Артур Щербаков, отрадно видеть, что вы не бросили такого сложного пациента, — едва слышно произнёс я, хотя речь больше походила на стон.

Мало того, что челюсть болела, а несколько зубов шаталось, так и лицо после всех побоев заплыло — губы почти не шевелились. А ещё в горле всё пересохло, так, что каждое слово нещадно драло глотку. Это сразу же поняла Елена и стакан с чистой водой, а также трубочка, чтобы удобнее было пить, оказались у моих губ.

— Да вот, пришёл посмотреть на идиота, который полез в драку с противником более высокого ранга. Обычно такие не выживают… так что вы можете стать ценным экземпляром! Ну или всегда можно устроить вскрытие — меня оба варианта устроят.

— Доктор! — с лёгкой укоризной возмутилась Елена. — Ему же плохо!

— Он должен страдать! — веско заявил мужчина. — Этот обалдуй должен понимать, что у любой глупости есть последствия. Может, в будущем будет хоть немного умнее?

Противореча собственным словам, доктор что-то вколол в пакет на капельнице, и от руки, куда тянулась игла, по телу быстро прошла прохлада облегчения. Тело стало словно пуховым… вот только двигаться я всё равно не рисковал — вдруг улечу или развалюсь? Всё же ощущения от препаратов могут быть весьма обманчивыми.

— И да… Я не забываю своих долгов, — продолжал разглагольствовать мужчина. — Вы решили мою проблему. Должен признать, я с интересом наблюдал за новостями. Вы, Тёмный, справились малой кровью… — доктор с едва уловимой печалью вздохнул. — В идеале стоило решить всё вообще без смертей. Но я видел тело Трощена. В его смерти нет вашей вины. И теперь, как мы договаривались, я ваш семейный врач. Можете прыгать от радости! — язвительно произнёс он. — Не можете? Ну, как хотите!

— Так просто? — смерил я его внимательным взглядом.

— Я своё слово держу, даже если последствия этого мне не нравятся, — приподнял голову мужчина, будто оскорбился от одной возможности сомнения в этом.

— Рад слышать, — несмотря на своё состояние, я нашёл силы улыбнуться. — Тогда, может, расскажете, док, насколько всё плохо?

— Жить вы, что удивительно… будете. Таких идиотов, как вы, убить непросто, — ничуть не стесняясь, в своей грубой манере обнадёжил меня Щербаков. — Но избили вас знатно, этого не отнять. Переломов нет, но не меньше пяти трещин в костях. Про растяжения и синяки я вообще мочу — мелочи на общем фоне. Однако хуже всего два момента…