Книга Проект «Близнец». Том 3, страница 64 – Андрей Ткачев, Евгений Пожидаев

Горничная держит в руках серебряный поднос с разными блюдами. Ее походка явно медленнее, чем нужно, и более покачивающаяся. Впрочем, не мне судить девушку за ее красоту. Если только она сама не позволит себе перейти грань.

Верхняя пуговица ее темного платья расстёгнута, слегка приобнажая упругую грудь. А её юбка, и без того короче, чем у остальных горничных, едва сдерживает напор крепких округлых бедер.

Черт, если бы я хотел посмотреть на симпатичных обнаженных девушек, то просто пошел в соответствующее заведение. В собственном поместье мне такая «услуга» точно не нужна. А вот чистота и порядок — да.

— Ваш обед, Алексей Федорович, — ее голос звучит в дежурном тоне.

Однако я все равно улавливаю нарочито сладкие интонации. Горничная наклоняется, чтобы расставить блюда передо мной.

Запах её духов — фруктовый, ненавязчивый, с нотками чего-то пряного — нет, ну это уже перебор. Но я сохраняю хладнокровие, мне теперь просто любопытно, как это представление будет развиваться дальше.

Вдруг следует «случайное» прикосновение. Мягкая грудь упруго касается моего плеча. Горничная неуверенно замирает на долю секунды, делая вид, что застигнута врасплох.

Дальше она отпрянула от меня, прикрыв рукой приоткрытый рот. Настолько хорошо отыгрывает смущение, что не поверить сложно.

— Ой, простите, господин! Я такая неловкая сегодня… Первый день на работе, очень волнуюсь…

Ее глаза, вопреки словам, блестят самоуверенностью и даже вызовом. Горничная наверняка ожидает привычной реакции. Улыбки, снисходительного взгляда, может, даже ответного касания.

Зря, очень зря она на все это рассчитывает. Разумеется, будь вместо меня настоящий Алексей, у горничной бы все получилось. Но я умею держать своего внутреннего «зверя» под контролем.

Вместо этого я медленно поднимаюсь. Звуки в комнате будто становятся тише. Чувствую, как взоры других горничных, притворявшихся, что они заняты работой, впиваются в нас. Отлично, сейчас они получат первое «внушение».

Смотрю прямо в глаза этой наглой, но неумелой соблазнительнице. Обхватываю ее талию — крепко, без возможности для нее отступить. Чувствую, как она вся напрягается от неожиданности.

А затем вдруг расслабляется, видимо, приняв это за согласие на «игру». Ее губы сами собой медленно складываются для поцелуя. Похоже, она, правда, верит.

Я мягко, но решительно притягиваю ее к себе. Она уже начинает нерешительно прикрывать глаза, как внезапно для нее я останавливаюсь.

Ровно в этот момент громко, четко, словно хлопок в тишине, говорю ледяным голосом:

— Уволена!

Горничная тут же распахивает глаза. В больших голубых озерцах плещется непонимание. Она наверняка дико взволнована, может, даже шокирована.

Девушка явно испытывает стремительно нарастающие ужас и стыд. Она резко дергается, пытаясь вырваться, но моя рука крепко обхватывает ее талию. Я лишь хочу убедиться, что она меня услышала.

Только затем отпускаю ее, она что-то мямлит, вроде бы извиняется, затем разворачивается и спешит к центральному входу. Остальные горничные продолжают делать вид, что ничего не произошло. Они жутко заняты своей работой. Что же, надеюсь, и в будущем в моем поместье эти прелестные создания не посмеют думать ни о чем, кроме своих прямых обязанностей.

Не успеваю вернуться за стол, как со второго этажа спускается встревоженная Аманда. Она смотрит по сторонам и лишь видит, как несостоявшаяся соблазнительница спешит за окном к выходу с территории.