Книга Проект «Близнец». Том 2, страница 81 – Андрей Ткачев, Евгений Пожидаев

И вот он в нескольких шагах от меня.

Противник закован стальную в броню. Ее приводы гудят, как разъярённый шершень.

«Семьдесят первый» направляет на меня клинок, напрочь позабыв о том, что в нём вмурован аспект воздуха. Зря, но мне же лучше.

Играючи парирую, делаю подшаг и выстреливаю точным мощным уколом. Острие клинка со звоном вгрызается в слабое место нагрудника, но, разумеется, не прокалывает насквозь. Это всё-таки ПАД.

Через секунду он срывается с места и бьёт наотмашь. Уворачиваюсь. Чувствую, что в его клинке больше не гудит мана. Похоже, скоро меня ждёт атака аспектом земли. Готовлюсь к ней, не атакую.

«Семьдесят первый» бьёт первым, в его удар вложено мало силы — похоже, финт. Лёгким движением одной руки с клинком увожу его в сторону. Пора обратиться к аспекту земли.

Из-под земли с гулким грохотом вырываются в мою сторону каменные колья. Острые, кривые и опасные. Но я время зря не терял. Конструкты уже превращаются в формы, один миг и…

Я в движении. Прыжок назад, перехват меча для блока. Исключительно для подстраховки.

В этот же момент в том месте, где я только что стоял, из-под земли вырываются каменные клинки.

Кривые колья как раз находят на них с гулким каменным грохотом. Эти неумелые подделки — вовсе не ровня моим каменным клинкам, ровным, как точёный частокол.

Кривые шипы перехлёстываются с клинками. Так громко, что режут слух. В воздух вздымается пыль и искры. Опыт подсказывает, что мои каменные клинки парируют все удары до последнего.

Так и происходит. Часть кривых кольев обламывается, а часть просто до меня не дотягивается.

— Неплохо, — сквозь шлем злобно бросает «Семьдесят первый». Его голос искажён синтезатором речи.

Я не отвечаю: незачем. А вот атаковать — мой черед. Выбираю аспект камня только потому, что нужно вскрыть ПАД и сделать это побыстрее.

Уверенно бросаюсь вперёд. Меч, запитанный маной для усиления, описывает дугу. Земля под ногами отвечает на зов моего аспекта — десятки каменных клинков выстреливают в противника.

Он этого ожидает, вот только всё равно не поспевает. Вернее, только частично.

Гранитный грохот, искры — каменная крошка в воздухе.

Некоторые из моих клинков находят на кривые каменные колья или не до конца сформировавшиеся щиты. Главное, большинство — в цель.

Каменные острия царапают, мнут и гнут броню ПАДа. Искры летят во все стороны, металл громко стонет, а гранит крошится. Некоторые клинки разрывают защиту, но это всего лишь царапины на теле противника.

Пришло время пустить в бой главное оружие — острую сталь.

С каждым ударом я чувствую, насколько крепки блоки. Но изредка все-таки дотягиваюсь до ПАДа, высекая искру, и оставляю глубокую бороздку.

Снова бью аспектом земли. В этот раз клинков меньше, но они крепче и точнее. Настоящая дрожь земли! Чувствую, сталь ПАДа дрожит под напором камня.

Мои многочисленные клинки, будто я не один человек, а отряд мечников, уже не просто царапают — они вгрызаются в ПАД. Оставляют трещины, вырывают куски композитных бронепластин.

Движения «Семьдесят первого» становятся тяжелее. Где-то брызжет техническая жидкость, где-то заедает привод, в иных местах ПАД вовсе искрит.

— Сдавайся, — говорю я, отбивая его очередной выпад с мечом наперевес и с кривыми каменными кольями из-под ног.