Книга Сильнейший ученик. Том 8, страница 87 – Андрей Ткачев

Обычная история неравенства, когда тот, кто ещё не входит в элитную группу, рвётся туда всеми силами, но при этом ненавидит их, пока не окажется среди элиты. В этом плане руководство Академии сделало правильную ставку на то, что весь остальной курс будет очень рад потрепать нас и показать, что мы не настолько уж и хороши.

Выстрелы продолжались, но уже не приносили особой пользы. Максимум, чего я добился, так то, что мои противники продолжали укрываться за корпусом машины.

А нет. Всё же я ошибся, и один из парней, пользуясь неровностью местности, в перерыве между выстрелами решил рвануть в сторону, чтобы подняться справа от меня. Его в этом поддержали огнём его товарищи, и я был вынужден укрываться, чтобы меня и вправду не зацепили — всё же мою точку лёжки они уже вычислили.

Когда тот, кто побежал в мою сторону, был где-то на середине пути, я отдал условную команду через нашу тактическую сеть.

Рью и Алегра были вынуждены скрыться в песке и полностью положиться на меня, лишившись на это время возможности смотреть по сторонам. Мы даже на всякий случай старались ничего друг другу не передавать, чтобы этот сигнал не засекли и их укрытие не вычислили. Сейчас же был очень подходящий момент и можно больше не скрываться.

Мои сокомандники выскочили из укрытий и скосили двумя очередями двух стрелков и ещё обездвижили того, кого я ранил в ногу. Его после попадания до сих пор било разрядом в ногу, не давая в полной мере на неё наступать. Сомневаюсь, конечно, что при обычном ранении он бы испытывал те же ощущения, но это условности проведения экзамена, да и парни не догадались перевязать рану хотя бы условно, ведь это тоже фиксировалось, и удары током прекратились бы, если рану обработать.

Вот и получалось, что на данный момент у нас было трое условно раненных, и один, кто после раздающихся за спиной выстрелов ещё больше ускорился, чтобы занять более выгодную позицию. Кстати, именно он, как я понял спустя миг, был тем сообразительным парнем, который быстрее остальных оценил обстановку и вычислил меня.

Так что его я собирался доставить в нашу крепость, ну а остальных троих уже будем смотреть по обстоятельствам.

Парень поднимался, соблюдая меры безопасности, так, чтобы между ним, снайпером сверху и стрелками снизу всегда находилась какая-то преграда. Он двигался короткими перебежками и часто менял ритм своего подъёма, чтобы его сложнее было подловить во время покидания укрытия.

К его сожалению, этого оказалось недостаточно, чтобы укрыться от меня, да и я уже сменил точку стрельбы, переместившись на более удобную позицию, где мой противник был практически полностью открыт.

Два выстрела, и вот он уже не может больше бежать из-за подстреленных ног. Но стоит отдать должное, парень даже с такого положения начинает стрелять в меня, из-за чего я вынужден отойти в сторону и спрятаться за укрытием.

— Не глупи! Лучше сдайся, — посоветовал я ему.

— Ещё чего! — возмущённо выкрикнули мне в ответ, и тут же начали стрелять с ещё большим рвением.

Чего я, собственно, и добивался. Я ещё во время подъёма заметил, что у парня такой же автомат, как и у нас всех, а значит, количество патронов в магазине тоже величина в принципе известная. Во время стрельбы очередями не так уж и легко подсчитать, сколько он патронов потратил, но плюс/минус понять, когда затишье наступило именно из-за смены магазина на новый, в принципе можно.