Книга Сильнейший ученик. Том 1, страница 107 – Андрей Ткачев

— Неужели и Дорей тоже оказался в больнице, — обратил я внимание на отсутствие кланового парня среди нас.

— Да кто же его знает, — пожал плечами Арден. — Следить за клановыми — вообще неблагодарное дело, но если он отсутствует без уважительной причины, я буду только рад. Пара таких прогулов, и я с чистой совестью могу пойти к ректору и просить его исключить из клуба. Нам же легче будет.

Может и легче, но что-то не думаю, что от этого парня удастся избавиться так просто.

— Что хоть говорят о нападавших?

— Все парни были в масках, и их лиц они не видели, — развёл руками Кесо. — На самой площадке камер не было, как и свидетелей. Точнее они-то, скорее всего, были, но никто не захочет так подставляться. Поэтому с этим пока глухо.

— И что думаешь делать? — спросил я смотря как мой одноклассник, то сжимает, то разжимает кулаки, о чём-то напряжённо размышляя.

— Если дело пойдёт так и дальше, то нам не останется ничего иного, как самим выйти на улицу и начать отлавливать бандитов, чтобы они забыли дорогу в благополучные районы.

— А не слишком ли это? Брать на себя роль имперских правоохранительных органов.

— А как по-другому?! — воскликнул Кесо и тут же, смутившись своей вспышки, заговорил тише. — Наших стражей этот вопрос не слишком сильно интересует, так как разборки между подростками никогда не были чем-то, за что кого-нибудь сажали. Всё же у нас каждый третий что-то да умеет в плане боевых искусств и подобные драки неизбежны, как результат — половину граждан империи за такие провинности уже бы пересажали, — цитируя кого-то и старательно кривя лицо, произнёс парень. — Нет, ты представляешь? Может и не слово в слово, но примерно мне так и ответили, когда я возмутился тем, что бандам позволяют спокойно разгуливать по городу. Получается, пока подростки дерутся с подростками и никак не задевают старших, то предъявлять им, по сути, ничего не будут. А вот если они начнут устраивать разбой, то тогда да — это уже другого рода преступления. Получается, что и нас, если мы пойдём бить рожи бандам, ничего страшнее разговора с родителями не ждёт, даже из школы не попрут и в дело не занесут. Если, конечно, при этом никого не убьём.

— Я смотрю, ты к этому вопросу подошёл серьёзно, — вздохнул я.

С учётом того, что он всё это узнал за довольно короткое время и насколько мой одноклассник был заведён, дальнейшие его действия для него могут закончиться не очень хорошо.

В то, что в разборки малолеток никто встревать не будет, и так было понятно. У нас тут вовсю процветает культ силы и собственного роста, так что в подобные дела при обычных травмах никто даже влезать не будет. Мне в какой-то мере даже кажется, что подобное в некотором роде поощряется, так как заставляет школьников и студентов, если они не хотят оказаться в больнице, хоть немного, но заниматься собственным физическим развитием и изучать боевые искусства.

В этом плане даже молодёжные банды, которые состояли уже из ребят постарше, не слишком сильно притеснялись стражами закона. Разумеется, если они мешают бизнесу или кого-то избили до смерти, то разговор будет иной, но это понимали даже самые отмороженные банды и старались сильно не перестараться в своих «играх».

И всё же, вот так идти и выступать карающей дланью всех обиженных — слишком похоже на самоубийственный план. Тем более если правдивы все слухи о появившихся новичках, которые решили устроить в нашем городе переделку банд. Своими действиями мы можем вмешаться в их планы, что может вызвать ответную реакцию как бы ни более масштабную, чем просто избиение пары школьников.