Книга Кузнец. Том 4, страница 82 – Андрей Ткачев, Евгений Пожидаев

Мой старший брат Геннадий тоже подключился к делу. Он решил пока не уезжать, получил профессиональную целительскую помощь, восстановился и буквально в этот же день вернулся в поместье — здоровый и энергичный. А еще брат привел с собой всех тех гвардейцев, что составляли его кортеж и эту помощь переоценить сложно. Пусть мне и не хотелось на нее соглашаться, но это здорово усилило мои позиции.

Что интересно, именно после нападения и смерти Щеглова, к конфликту, пусть и не совсем прямым образом, подключились многие остальные. И вот тогда я реально почувствовал дружеское плечо, на которое можно опереться и помощь тех, кто был членами нашего альянса, что базировался в Каньонах.

Максим и Никита — каждый поговорил со своим отцом и без особых сложностей «выбил» для меня по одному отряду хорошо обученных гвардейцев.

Их я закрепил на точках своего интереса в Железнограде. Причем помощь рода Снеговых и Семеновых, соответственно, я принял на определенных условиях.

Если в двух словах, то я мог использовать гвардейцев, что сменили родовые знаки на мои, по своему усмотрению. Однако вступление их в бой никаким образом не втягивало в наш конфликт сами рода Максима и Никиты. Стандартная практика.

Еще от парней я получил небольшую партию холодного оружия, причем за нее они на всякий случай с улыбками на лице извинились. А вот арбалеты и некоторое снаряжение я принял с большой охотой, да и в целом просил передать «спасибо» главам их родов за помощь. Все же на своих кузнях я пока мог производить далеко не все, что хотелось.

Мои друзья — Матвей и Илья, как только узнали о случившемся, тоже выделили мне в службу по одному отряду гвардейцев. Еще помогли оружием и снаряжением, за что я им тоже был крайне благодарен.

Остальные из альянса помогли, чем смогли. Кто-то поделился штатными полевыми лекарями, кто-то — снаряжением и ресурсами, а кто-то — существенно помог в экономическом противостоянии. Они просто окончательно порвали со всеми деловыми договоренностями, которые косвенно или прямо связывали их с Черновыми, Казанцевыми и Щегловыми.

Да, род Щегловых не прекратил свое существование. Его временной, если так можно сказать — главой, стала жена покойного Василия Юрьевича, ведь у него не было родных братьев, а сыну еще далеко до совершеннолетия.

Во время обеда у нас с Геной наконец-то появилось время, чтобы спокойно поговорить без лишней суеты и всяких других людей, которым вечно нужно было что-то спросить или получить распоряжение. Не жалуюсь! Впрочем, действительно, после нападения навалилось много.

— Рома, ты же знаешь, Черновы никогда не боялись ответить на вызов. Думаю, мы вправе требовать Войны Родов, — спокойно, но с хищным блеском в умных глазах проговорил брат.

— Такое решение не принимают за обедом, — не грубо, но с решимостью в голосе ответил я.

— Верно, поэтому я не тороплю принимать его, — понимающе кивнул брат.

Тот факт, что смерть Василия Щеглова на землях моего поместья стала громким событием для высшего общества Железнограда, отрицать сложно. Все-таки не каждый день главы родов мрут на чужих землях, особенно вследствие неудачной преступной атаки.

Имперский Сыск начал расследование еще несколько дней назад. Сегодня оно продолжалось и завтра продолжится. Однако еще непонятно, а удалось ли нам доказать, что это была исключительно самооборона.