Книга Дворянство. Том V, страница 47 – Андрей Ткачев, Дмитрий Лим

Анна встретила мои слова с недоверием. Не сказал бы, что она испугалась такого деанона, но тем не менее напрочь отказалась куда-либо ездить. Лишь «выдохнула» оттого, что её, возможно, не будут преследовать. Ключевое слово «возможно».

У Жожобы была Анастасия Ветрова, очень сильный дикий, которого я смог обезвредить, а значит, Аня не под прицелом и не в списке «Надо сожрать».

А ещё, Аню именно сегодня понесло на нежности. Она до последнего не соглашалась с тем, чтобы я уходил спать на кухню. Поэтому, слегка толкаясь из-за тесноты одного одеяла, мы расплылись в объятиях и уснули. Дорогу в аэропорт, к слову, я проспал.

Если бы не звонок Владимира Петровича, то я и не встретил бы загадочного девианта со способностями, которым можно позавидовать. Но тем не менее в двенадцать я стоял с плакатом, добродушно переданным мне водителем, на котором было написано: Великий. Стоял в ожидании рейса из другой страны.

А когда увидел человека, от которого пахло смертью, у меня даже сомнений не осталось, что вот он, тот самый девиант, о котором говорил Владимир Петрович. И что было самым занимательным, он был сильнее его. И меня тоже. Я не видел его сердца, хотя чувствовал его превосходство надо мной.

Это же сколько он носителей съел на самом деле, что я настолько сильно ощущаю от него опасность?

Федя, а точнее, Фёдор Сумкин, как он сам и представился, был на вид добродушным со стариком, со вставными золотыми клыками, осанкой спортсмена и улыбкой маньяка. Однако пышные брови, мимические морщинки уж явно никак не говорили о нём, как об опасном убийце.

— Федя Сумкин, — протянул он руку. — А ты?

— Ярослав Волконский, — осторожно протянул руку в ответ. — Наёмник Владимира Петровича Жожобы.

— А что, старый разгильдяй не удосужился встретить своего давнего друга? — искренне удивился он, улыбаясь, отчего он ещё больше стал похож на маньяка. — Совсем страх потерял?

— Видимо, — спокойно ответил я. — Дела и всё такое.

— Ну пошли, мистер «Всё такое», — позволил он себе шутливые интонации. — Показывай мне родину.

Показать родину не получилось. В момент, когда мы сели в машину с личным водителем Владимира Петровича, пурга стала в разы сильнее. И ничего, кроме белого «плена» мы так и не увидели. Зато стоило нам приехать в торговый центр, как там собралась целая делегация.

Для меня, видеть столько магов и мутантов в статусных костюмах было непривычно. А они пришли поглазеть на Сумкина. Причём чуть ли не в ноги ему кланялись, когда он переступил порог этого комплекса. Словно я опять побывал в кабинете Виктории, где мне кланялась Света.

И среди этих вот знатных персон, виднелся и Владимир Петрович, который в своей манере сильнейшего горделиво смотрел на меня и на Федю. А стоило Фёдору подойти к нему, как тот просто молчаливо протянул руку, похлопал по плечу и позвал нас за собой.

— Что это за клоуны? — вполне громко спросил Сумкин, оборачиваясь на толпу, которая пошла за нами вслед. — Твои рабы?

— Гости, — улыбнулся тот. — Думал я вчера, Федечка, думал, — он покосился на меня, в непонятном мне жесте то ли мне нужно было уйти, то ли не отставать. — Ну не могу же я своего дорогого друга оставить под опекой Ярослава. А то, глядишь, заберёшь его у меня.

— А зачем мне твой мутант? — заулыбался девиант. — Пацан молодой, чего ломать жизнь-то ему?