Книга Дворянство. Том II, страница 10 – Андрей Ткачев, Дмитрий Лим

Но это сонное состояние мигом улетучилось не без помощи Кактуса. Всё дело в том, что динамик моего телефона был весьма громким. А также, были громкими и мои мысли, так что спящий клубок когтей и зубов мигом открыл глаза, стоило мне подумать о Вадиме.

Вцепился в ногу так, что я зашипел невольно и попытался его стряхнуть. Но то, что он хотел, и так было понятно.

«Не дерзи ему! Растягивай разговор. Узнай, где он, и выясни, как он и в каком состоянии. Не стоит сразу давить на изменения и не вздумай ляпнуть что-то про симбионтов, точнее, про носителей. Ты меня понял?»

Ответом был кивок и продолжение телефонного разговора.

— Что хотел-то? — тут же продолжил я после подсказки Кактуса. — Случилось что?

Ответом была тишина, а затем непонятное бормотание, которое длилось чуть больше минуты. У меня сложилось впечатление, словно я разговаривал с иностранцем или душевнобольным, который и слов-то не знал.

Но это было лишь началом.

— … бргыв… Ярослав, мне нехорошо, — раздалось по ту сторону телефона, спустя несколько секунд отчётливого бреда.

— Что именно? Тебе плохо? Ты заболел? — я слез с кровати. — Вадим, не молчи.

Дальше он отвечал уже более членораздельно, но говорил медленно. Словно осторожно подбирал слова или тщательно пытался их выговорить, пусть и с большими паузами.

— Просто приезжай. Помоги мне. Я боюсь.

— Тебе угрожают? — постарался я добавить в голос побольше тревоги.

Боже… да что я такое говорю? Он монстр. Самый натуральный монстр, которого нужно убить. Но в его голосе было не только чужое, но и что-то родное, в чём я мог зацепиться за старую дружбу. Может…

«От диких есть лекарство? — я повернулся в сторону дверного проёма, где сидел кот и наблюдал за мной. — Можно его вылечить?»

«Не неси чепуху, — тут же отозвался Кактус, демонстрируя свою лапу с когтями. — Лекарство одно — смерть».

— Ты сможешь приехать? — тут же заговорил Вадим, но вполне себе своим голосом и без рыков. Приноровился, что ли? — Я у бабушки ещё живу… нам бы повидаться, может, ты сможешь меня понять…

— Что именно понять? — спросил я, когда пауза затянулась.

— Меня. Нового меня и мою болезнь. Сложно объяснить…

Ответа он не дождался. Пробормотал, опять же, со странным рыком: «Жду тебя», и повесил трубку.

Я смотрел на кота, он смотрел на моё изумлённое лицо. Искра, буря, безумие и полная тишина, которую Кактус первым и нарушил.

— Значит так, Ярослав, — он вернулся в комнату, запрыгнул на кровать и почесал себя за ухом. — Собирайся, приводи себя в порядок и выезжаем. Но вдвоём, понял меня?

— Почему вдвоём? — уточнил я у него.

— Я, по крайней мере, смогу определить, когда у него окончательно под воздействием изменений сорвёт крышу. Его рыки слышал? — в ответ я лишь кивнул. — Умничка. Вот это и есть борьба его организма. Он и так, если я всё правильно услышал, еле-еле контролирует речевой поток. Увы, разумных диких до него я ещё не встречал. Точнее, диких, способных сохранить человечность. Но как показывает практика и если судить по услышанному, он ещё борется.

— Что ты предлагаешь сделать? — тяжело вздохнул я, принимая его слова.

— Убить, — махнул из стороны в сторону хвостом Кактус. — Перед этим можно втереться в доверие, что ты ему поможешь, что ты его понимаешь. Смекаешь?

Меня искренне возмутила его фраза «втереться в доверие». Я ещё нож в спину лучшего друга не… вставлял.