Книга Дворянство. Том I, страница 72 – Андрей Ткачев, Дмитрий Лим

— Он не так давно стал мутантом, — повернулась девушка к Виктору. — Ещё не понимает, какая жизнь его ждёт. Но, определённо, он… не дикий.

Так это что, типа проверка была? И я сам не понял, как её прошёл?

— Уверена?

В ответ она лишь кивнула, и наконец, представилась:

— Меня зовут Виктория Валерьевна. Я — правая рука владельца нашего кафе и, собственно говоря, один из сильнейших мутантов в ближайшей округе. Уверяю, о тебе позаботятся и помогут, в чём только можно, если ты примешь предложение, которое скоро тебе поступит.

— Какое предложение? — насторожился я.

Но вместо ответа она подняла голову и уставилась на вошедшего в кафе человека. О чём мне «подсказал» кот и звон колокольчика над дверью.

Первую эмоцию, которую я испытал, глядя на одноглазого, высокого старика, это — интерес. Причудливая повязка на глазу и кольцо в ухе сразу же спроецировала прообраз пирата. Не хватало только попугая на плече. Ну, или кота, как в моём случае.

Его причудливое пальто бежевого цвета больше подходило шпиону, но никак не владельцу заведения. Учитывая шляпу и общий строгий вид.

А вот последующие эмоции были связаны с желанием покинуть это место. Ибо что Виктор, что Виктория заметно напряглись, когда он грубым, властным, приказным тоном чуть ли не рявкнул:

— Дайте сесть.

Виктор, пусть и заметно с задержкой, но всё же передвинулся к окну, как-то недовольно поджимая губы. А администратор попросту встала со своего места, и пересела ко мне. При этом она пыталась не показать поспешность этих действий.

Кактус в это время закончил осмотр старика и прыгнул на руки к женщине.

Через некоторое время, когда незнакомец удосужился снять головной убор в помещении, наши глаза встретились. Точнее, мои два и его один. В этот момент меня словно током ударило. Но не физически, а иначе.

И он тут же откровенно заулыбался.

— Какой занимательный, однако, юноша… — он натянул ухмылку чуть-чуть обезображенными губами в вертикальных шрамах. И при его улыбке одновременно показались все остальные изъяны.

Половина лица старика, там, где на глазу красовалась чёрная повязка, была словно выжжена. Кожа стягивалась как плёнка, а не как частичка чего-то живого… жуть, в общем.

Виктория, в момент, когда старикан улыбнулся, вроде как спокойно выдохнула. И стала с большей яростью теребить уши Кактусу. А вот тот, пожалуй, был единственным в нашей скромной компании, кто чувствовал себя лучше всех остальных. Он, похоже, просто наслаждался своим положением.

«Да… детка… ещё, — дублировались его мысли в моей голове. — И пузико… чёрт. Какие у неё бархатные ручки, а если…»

После его «если» я повернул голову вправо и стал свидетелем вопиющей наглости. Кактус мордой подпёр грудь администратора, лизнул пуговку и попытался сунуть морду в открытую зону. Что вызывало у Виктории лишь милый смех.

— Какая ласковая киса! — умилялась она.

Но если бы она слышала его мысли, быстро бы сменила своё мнение насчёт него. Ибо Кактус уже чего только не наболтал. Начиная от того, что бы он сделал с ней, находясь в человеческом обличии, и что-то про другую кошку. И как всё это перемешалось в одной голове — я не понимал и, честно говоря, не очень хотел.

Уточнять, точнее, перебивать его поток не стал. Старик тут же привлёк к себе внимание одним лишь голосом.