Книга Ишито начинает с нуля. Том 4, страница 90 – Андрей Ткачев, Дмитрий Лим

В приёмной, почти сразу после лифта, меня встретили улыбчивые секретари за стойкой, предлагая, грубо говоря, с ходу чашку ароматного кофе или бокал свежевыжатого сока, пока в фоновом режиме звучала ненавязчивая музыка. А уж затем одна из них заговорила со мной.

А я точно в офисе?

— Господин Ишито? — угадала с первых «слов» секретарь. — Я угадала?

— Верно, — коротко кивнул я.

— Меня, — она тут же встала со своего места и вышла из-за стойки, — попросили показать вам будущее место работы, где вы чаще всего будете находиться.

— Мой кабинет?

— А вот и не угадали! — улыбнулась она. — Пройдёмте за мной.

Меня провели через множество коридоров и офисов и в итоге привели в самый конец общего коридора, где был конференц-зал. А уже там я лично убедился, что это место было оборудовано новейшей техникой. Затем меня проводили в мой кабинет, который находился неподалеку от конференц-зала, по правую стену. Я оказался в самом настоящем аквариуме с прозрачными стенами, но так казалось на первый взгляд. Стекла были тонированы с внешней стороны, так что никто не мог видеть, чем я здесь занимаюсь. А самым забавным было то, что на двери моего кабинета уже была приклеена табличка с моей должностью и с моей фамилией. Наблюдая за жизнью двадцатого этажа из этого кабинета, пожалуй, можно было почувствовать ритм кипящей деловой активности. Работники как муравьи проносились мимо моих «стен», занимаясь своими делами.

— В условиях стремительного ритма офисной жизни, — заговорила девушка, — каждое утро сотрудники начинают с краткой планёрки, на которой обсуждаются текущие задачи и расставляются приоритеты. Вас ознакомят с вашими работниками ближе к обеду, а пока, господин Ишито, — девушка поклонилась и улыбнулась, — располагайтесь! Если что-то нужно, — она встала на цыпочки и указала на стационарный телефон на столе, — я под номером шесть! Обеда у меня нет, так что я всегда на связи!

* * *

Ан Кён Иль заложил руки за спину и, улыбнувшись, медленно обошёл привязанного к стулу человека. Свет лампы слепил Ко Чонсу, а постоянный звук шагов создавал ощущение мрачной, неизбежной перспективы. Джондал долго молчал, будто позволяя тишине заполнить комнату удушающим чувством беспомощности, прежде чем заговорил.

— Знаешь, что самое интересное в этой ситуации? — Кён Иль склонился ближе к лицу пленника. — Ты думал, что всё под контролем. Думал, что можно играть с огнём и не обжечься. А теперь посмотри на себя. Кто здесь главный в этой маленькой истории? Твои ходы закончились, шах и мат, и всё, что тебе остаётся, — это ждать, когда я решу, что делать дальше.

Ко Чонсу попытался улыбнуться, но травмы, которые нанесли ему два часа назад, не позволили этого сделать. Он тихо выдохнул, затем заговорил, медленно подбирая слова, будто взвешивая их значение.

— Ты можешь гордиться собой, Ан Кён Иль, но твоё время тоже придёт. Каждый несёт ответственность за свои действия. Даже такие, как ты… думаешь, — он закашлялся, — думаешь, и до тебя не доберутся? Думаешь, у меня нет запасного плана? Есть! И ответственность…

Джондал рассмеялся, но в смехе его не было веселья, только жестокий сарказм.

— Ответственность? — он влепил оплеуху Чонсу. — Это для тех, кто слишком слаб, чтобы взять то, что им нужно. Тебе не понять. Ты жил в иллюзиях, но реальность всегда оказывается куда жёстче. Но знаешь, я даже не буду спешить. Я хочу, чтобы ты насладился оставшимися моментами. Ведь, в конце концов, единственное, что у нас есть, — это время.