Книга Родословная. Том 6, страница 100 – Андрей Ткачев

Он сделал довольно прозрачный намёк на то, что остальные пока ещё не знают о моём возвращении — по крайней мере, официально. Но, наверняка, рассказал об этом Эйгору. Просто не смог удержать язык за зубами в отношении нашего брата-умника.

— Но это не означает, что рано или поздно они не узнают о тебе, — продолжил между тем мой брат. — Так что можно сказать, я — первая ласточка. Прилетела, чтобы поздравить тебя с возвращением. И, возможно, дать парочку советов.

— Советов? — насмешливо улыбнулся я. — Крис, а ты не забываешься? Какие ты можешь дать мне советы?

— Ну как насчёт того, что лучше в некоторые сферы не влезать? — Крис бросил на меня почти ленивый взгляд, но в уголках его губ скользнула многозначительная улыбка.

Он допил чай залпом и с глухим звуком поставил кружку на стол.

— Хотя, действительно, ты, наверное, прав. Мои советы тебе всё равно не помогут. Ты ведь всегда был себе на уме. И даже если я что-то расскажу… — он пожал плечами, — очень сомневаюсь, что ты последуешь совету. Ты ведь такой, каким был всегда. Тот, кто не признаёт над собой никаких авторитетов. Ни тогда, ни сейчас. Да ведь, Демиан? Ведь именно поэтому, отчасти, наша авантюра насчёт отца и не увенчалась успехом?

— Если ты пытаешься вывести меня из себя, братец… — мой голос стал ледяным, — ты сильно ошибаешься.

Я наклонился вперёд, опираясь на локти, и заговорил тише, почти шепотом:

— Тогда мы все приняли решение: избавиться от Никлауса, иначе он избавится от нас. Но в итоге, кто оказался на передовой? Кто сражался с ним один на один, пока остальные выжидали? Я. Один. И ты не находишь, что это было, мягко говоря, несправедливо? Это не соответствовало духу тех соглашений, что мы заключили. Или ты забыл?

Крис не сразу ответил. Потом рассмеялся — легко, немного показушно.

— Ну-ну. Тоже вспомнил. Прошло уже столько веков, что все эти договорённости… смешно. Давным-давно забыты. Да и сам видишь — с тех пор многое изменилось. Один только Маркус чего стоит.

Он говорил внешне беззаботно, но я не пропустил, как его пальцы чуть сжались на подлокотнике кресла.

— Он воплотил свою мечту. Получил магические способности, которые нам, первородным, были недоступны по самому нашему происхождению.

— И чуть не привёл мир к апокалипсису, — отрезал я. — Ну и сложно сказать, стал ли этот мир лучше после.

— Возможно, — Крис откинулся назад, скрестив руки. — Но удивительно другое. С тех пор — тишина. Маркус не появлялся. Ни слуху, ни духу. И, поверь, это не случайность. У него хватает проблем, чтобы не мелькать перед публикой.

Он улыбнулся странно — как человек, который знает нечто большее, чем готов сказать.

Я сузил глаза. В этом весь Крис. Обаятельный, гибкий, хитрый. Он мог перевести разговор в любую нужную сторону, заставить собеседника раскрыться, улыбаясь, будто всё это просто дружеская беседа. Но я знал: он что-то скрывает. И, скорее всего, нечто важное.

Можно было бы попробовать выбить из него информацию. Только всё, что он скажет, нужно будет проверять. Моё влияние пока недостаточно, чтобы подтверждать такого рода сведения. Они слишком специфичны, слишком глубоки и вряд ли известны большому кругу.

А значит, пока я не готов влезать в большую игру. Но признавать это вслух — особенно перед Крисом — я не собирался.