Книга Князь Целитель 4, страница 114 – Андрей Ткачев, Сергей Измайлов

— Как же вы догадались сюда на автобусе приехать? — обратился к нему Герасимов, наплевав на субординацию.

— У меня не было выбора Анатолий, — развёл руками Лейхтенбергский. — Если бы мы ждали бронетранспортёры, приехали бы на полчаса позже, а здесь каждая минута дорога, если я правильно понимаю ситуацию. Покажите его.

Мы снова поставили носилки и Герасимов откинул плащ.

— Знатно вы его спеленали, — покачал головой Фридрих Стефанович, пробежав взглядом по десяткам витков верёвки на руках и ногах. — А блокаторов магии нет, правильно я понимаю?

— Этого не имеется, — кивнул я. — Зато есть наркозный эликсир, пациент спит. И без особого вреда для здоровья.

— Наркозный эликсир? — вскинул брови профессор, уставившись на меня. — У нас что, Средние века?

— А вот это вы зря, Фридрих Стефанович, — криво ухмыльнулся Герасимов. — В полевых условиях очень хорошо выручает. Да что там полевые, у меня в приёмном отделении последний наркозный аппарат приказал долго жить и ремонту уже не подлежит. Вот и выкручиваемся.

— Даже не предполагал, что у вас настолько всё плохо, — нахмурился герцог.

— Отчего же плохо? — хитро улыбнулся Герасимов. — У нас всё отлично, особенно когда такие кадры приходят, как Ваня Комаров. Он у нас и целитель, и ассистент алхимика, и исследователь Аномалии, а теперь вот ещё и мага проклятого для вас изловил. Так что работаем.

Герасимов при этом кивнул на меня. Лейхтенбергский осмотрел меня с ног до головы уже совсем другим взглядом, словно пытался обо мне узнать то, что скрыто от других. Я выдержал его оценивающий взгляд с невозмутимым видом. Уже и забыл, что держу в руке протазан, по чёрному навершию которого бегают золотистые искры.

— Целитель-универсал, значит? — спросил герцог, уставившись теперь мне в глаза внимательным взглядом, словно разглядывая сосудистый рисунок сетчатки или особенности строения того, что находится за ней. — Такие люди нам нужны.

— Такие люди всем нужны и их всегда не хватает, — снова усмехнулся Герасимов. — Но сейчас он мой и я его вам не отдам.

— Это мы ещё посмотрим, — сказал герцог уже намного тише, больше сам себе, и снова перевёл взгляд на пленного. — Этого мы у вас забираем, будем с ним беседовать по душам. А если у него от беседы будут ноги зябнуть, наденем испанский сапог.

Герасимов резко обернулся к герцогу, вытаращив на него глаза.

— Да шучу, конечно, — недобро рассмеялся Лейхтенбергский. — Физически ему больно не будет.

Солдаты подхватили носилки с пленённым нами магом настолько шустро, что Стас едва успел стащить с него свой маскировочный плащ. Сопровождающему магу я предложил взять с собой наркозный эликсир, но он отказался, сославшись на то, что у них есть другие меры нейтрализации для особо буйных пленников, которым он доверяет больше. Пришлось поверить на слово, да и не наша это теперь зона ответственности.

Я почему-то для себя изначально решил, что Лейхтенбергский пригласит нас проехать с ним и поучаствовать в допросе, но такого варианта он не предусматривал.

— Я тогда скажу, если будут какие-то новости, — сказал он снисходительно, когда мы с Герасимовым встали у него на пути. — Буду держать вас в курсе. Можем до города сейчас вас подвезти, если хотите.

— Да нет, спасибо, — безэмоционально ответил Анатолий Фёдорович. — Мы уж как-нибудь сами дойдём, тут до госпиталя недалеко.