Книга Князь Целитель 3, страница 122 – Андрей Ткачев, Сергей Измайлов

Оставшиеся в живых учёные и до этого уже сместились поближе, теперь подошли к нему вплотную и с таким же детским восторгом смотрели на кристалл, тянули руки, чтобы прикоснуться к нему.

Я снова почувствовал дискомфорт, который волнами расходился от серого кристалла, но он был уже не таким сильным. Подходить к нему ближе всё же не хотелось. Пока учёные радовались находке, я решил осмотреться. Ясное дело, что не осталось ни одной целой тележки.

Отойдя от толпы на полсотни шагов, я услышал жалобный писк. Он исходил из-под вороха листвы. Я осторожно разбередил кучу прелых листьев древком протазана и обнаружил там раненого горностая. Внешне зверёк выглядел вполне обычно, без признаков мутации. На меня жалобно смотрели глазки бусинки, полные страдания и боли. И как он тут оказался?

Сам не знаю почему, но я решил его вылечить. Зверёк мог меня покусать, но он этого не сделал, лишь жалобно поскуливал, когда я сращивал ему сломанные кости.

— Потерпи родной, — пробормотал я вслух, словно он может меня понять. — Осталось совсем немного, и ты сможешь убежать домой. И где, интересно, находится твой дом в этом аду?

Вопрос остался висеть в воздухе, рассказать мне про свой дом и свои проблемы бедный зверёк не мог. Я вылечил все переломы, восстановил разорванные мышцы и связки. Здорово досталось бедолаге, если бы я его не нашёл, он бы вскоре умер под собранной в кучу листвой. Или его сожрали бы местные хищники. Хорошо хоть на животинку сил тратилось гораздо меньше, чем на человека, а магия позволяла не беспокоиться о том, что я не так уж и хорошо представлял анатомию зверька — все же я просто помогал организму вернуться в исходное состояние.

Краем глаза я видел, как тихонечко подошёл Матвей и наблюдал за мной со стороны.

— Ну вот и всё, — сказал я горностаю, погладив его лоснящийся мех. — Можешь бежать дальше по своим делам, я тебя больше не задерживаю.

Зверёк посмотрел мне в глаза и я абсолютно уверен, что они светились красным, это был не просто отблеск. Потом он так ловко юркнул в кусты, что я даже не понял, как он исчез.

— Да тебе пора ветеринарную клинику открывать, Ваня, — усмехнулся Матвей. — Вон как ты зверушек всяких любишь.

— Люблю, — кивнул я. — Но не настолько, чтобы посвятить этому жизнь.

— Скоро все выдвигаются обратно, идём, — сказал приятель и мы пошли к точке сбора.

Лейхтенбергский собирал людей на образовавшейся поляне, устроил перекличку, подсчитывал потери. В совокупности отряд недосчитался более двадцати человек.

— Представляешь, — тихо сказал мне стоявший рядом Владимир Алексеевич, — тело этого урода в плаще нигде не нашли.

— Его наверно червяк съел, — ухмыльнулся Матвей. — Чтобы своих не выдал.

— Вполне может быть, — грустно улыбнулся я. — Может, и к лучшему, никому не придётся тащить его тело. Ту своих вон сколько оставили.

— Выходим! — нетерпеливо скомандовал руководитель экспедиции, и вся толпа пришла в движение.

Серый кристалл, как я и предполагал, покоился в рюкзаке у Фридриха Стефановича. Вокруг него сгрудились оставшиеся в живых учёные и рабочие. Эта небольшая кучка шла в центре отряда, окружённая кольцом магов.

Рота поддержки потеряла почти треть. Они и взвод Федулова обступили магов плотным кольцом, защищая от напастей. Целители и я с Матвеем шли сзади, между магами и спецназом.