Книга Первый из рода. Том 2, страница 118 – Георгий Сомхиев, Сергей Каспаров

Только надо понимать, что это не значит, что я стал ровно в два-три раза сильнее. Вместе с количество маны рос и мой контроль, а чем эффективнее я тратил ману, тем мощнее становились заклинания. Тоже усилении тела больше зависело не от концентрации маны, а от умения вкладывать ману в тело.

А вот сил у химер я уже давненько не забирал. Последний раз, когда я стал гораздо сильнее, был во время экзамена, после чего я в основном брал химер в плен и убивал людей. С одной стороны хорошо, что я сбалансировал две силы, а с другой третий контракт я так ещё нескоро заключу. Надо бы это дело исправлять, да побыстрее.

Прилетев в цитадель ордена я уже ближе к ночи и сразу лёг спать, только вот выспаться мне никто не дал — с утра в двери ко мне кто-то стал яростно стучать.

— Кому там неймётся с утра пораньше, — вслух сказал я, и протерев глаза, пошёл открывать двери.

Открыв дверь, я встретился взглядом с двухметровым парнем лет восемнадцати. Широкоплечий, мышцы как у кузнеца, грубые черты лица, гладковыбритая голова, карие глаза, небольшой шрам возле нижней губы, причём носит форму Фениксов. Странно, что-то не замечал его на тренировках.

Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга, пока я первым не нарушил тишину.

— Что ты как чужой стоишь? Представляйся и заходи в дом, раз уж разбудил, — не стал я грубить. В Фениксов кого попало не берут, и плохие люди туда точно не попадают. Тем более никто не станет просто так меня будить.

— Павел Николаевич Медведев, третий ранг, боевое имя — Мясник, — голос у парня оказался низким, с хрипотцой, будто он до встречи со мной курил лет двадцать.

Медведевы, значит. Помнится Алексей рассказывал, что они по богатству княжичам не уступают, и что у них сильные маги рождаются. Не думал, что встречусь с их представителем вот так.

— Максим Давидович Волков, первый ранг, боевое имя — Феникс. Заходи, — позвал я его к себе в комнату.

— Не стоит, я пришёл сюда не чай пить, — протянул ладонь вперёд парень. — Тебя и меня глава вызывает к себе для разговора, так что одевайся и пошли.

Я как раз ждал того, что глава ордена пригласит меня поговорить после операции, но что это случится так скоро и при этом, что для разговора позовут не меня одного — это уже стало неожиданностью.

Я быстро помыл руки и лицо, после чего оделся и вместе со своим новым знакомым направился навстречу со стариком, поймав себя на мысли, что не знаю даже его имени. А ведь он сам не представлялся, и все к нему обращаются не иначе как к главе. Видимо он сам когда-то оборвал все связи со своим родом, иных причин для такого поведения я не видел.

Хоть глава вызвал нас двоих для разговора, в зал, где меня сделали Фениксом, он приглашал нас по одному. Сначала пошёл Медведев, поскольку его ранг был выше моего, и спустя десять минут уже я. Старик всё также сидел на своём троне и меч его лежал сбоку от него, разве что Магистра Руса рядом не было.

— Доволен казнью Гавриловых? — я не заметил в голосе старика упрёка.

— Скорее уж удивился их странной смерти, — покачал я головой. — Да и чему тут радоваться, если в империи живут неверные ей граждане? Пока их всех не уничтожишь, легче не станет, да и потом всё равно появятся им подобные. Казнь это вынужденная мера, которая решает последствия, но не саму причину. Однако это уже ближе к философским рассуждениям, а вы явно позвали меня обсуждать не это.