Книга Профессор магии на полставки. Том 3, страница 29 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

— Тут как пойдёт. Посмотрим на их поведение, — спокойно ответил я, после чего развернулся и вышел за дверь.

Что ж, теперь можно спокойно отдыхать. Первым делом займусь выпечкой, потом просмотрю письма, кто там что написал, а там можно вплотную заняться Алхимией. Эх, красота.

* * *

Писем на удивление оказалось мало. Некрасова ничего мне не писала, София тоже. Зато множество писем от сталкерши, которые я отложил в долгий ящик. Ворон, само собой, стал бубнить про обещание, но я ему прямо сказал, что не обозначил сроки и мне сейчас не до этого. Тем более письма датировались до моего ухода в Аномалию. Отвечать на них попросту не имело смысла.

Этот аргумент его убедил, и оставшийся вечер я планировал провести за просмотром фильма, но не тут-то было. В дверь постучали и, открыв дверь, я увидел свою студентку.

— Можно войти? — спросила меня Морозова, стоя на пороге у дома.

— Не задавай глупых вопросов. Входи конечно, — улыбнулся я и пригласил девушку в дом. — Ты очень вовремя. У меня тут выпечка в холодильник не помещается уже. Можешь забрать с собой и угостить друзей, я не возражаю.

— Благодарю, Алексей Дмитриевич, — едва заметно кивнула девушка. — Приятно видеть, что приказ на вас никак не повлиял.

— Это всего лишь бумажка, — развёл я руками. — Смысл переживать из-за таких мелочей? С меня только сняли ответственность. С вами тренироваться мешать мне никто не станет. А если в процессе вы чему-то научитесь, так это же только хорошо.

— И вас не напрягает, что мы будем учиться в других группах? — удивлённо спросила Морозова.

— Мне нет до этого дела, — спокойно ответил я, садясь на диван. — Тот, кто хочет стать сильнее, найдёт выход из ситуации.

— В таком случае Максим Леонидович первее всех нас это понял, — тихо усмехнулась девушка.

— Я чего-то не знаю? — полюбопытствовал я.

— Когда его перевели в другую группу к старшекурсникам, о вас там стали говорить нехорошие вещи. Максиму это очень не понравилось, и он стал поочерёдно вызывать всех одногруппников на дуэль, пока не победил каждого. За это его исключили от группы и временно отстранили от учёбы.

— Кого-то он мне напоминает, — появившись на плече, подколол меня Ворон.

— Я его прекрасно понимаю и полностью одобряю действия, — ответил я, сложив руки на груди.

За такого студента аж гордость берёт. Может хоть что-то толковое из него выйдет?

— Эх, хорошо-то как, — довольно улыбнулся я и потянул руки вверх, идя по коридорам Академии.

— Что за улыбка без причины и повода? — недоумённо спросил Ворон, увидев, как я улыбаюсь.

— Просто хорошее настроение, — подмигнул я фамильяру, продолжая двигаться в сторону алхимического корпуса. — Несколько дней тишины и покоя. Даже твоя сталкерша ничего не пишет. Прямо идиллия.

— Или затишье перед бурей, — верно подметил Ворон.

— Возможно. Но сейчас-то идиллия. Грех ею не наслаждаться, если есть такая возможность.

Яковлев сделал мне такой подарок, о котором я даже мечтать не мог. Избавил от головной боли. Больше не приходилось рассеивать внимание на всех двадцати студентов, чтобы каждому индивидуально подготовить программу, иначе же они все убьются в процессе.

Теперь на полигоне со мной тренировались всего шесть студентов. Морозова, Алеев, Волков, Фролова, Орлова и Завьялова. От последней я вообще не ожидал такого желания продолжать учиться несмотря ни на что, но как получилось, так получилось.