Книга Младший сын князя #07, страница 114 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

— Разве это проблема, Георгий Иванович? — спросил я, заметив, что ректор отчего-то взял паузу.

— Это часть проблемы, княжич, — старик сложил пальцы обеих рук вместе и положил их на стол. — И я сейчас не о порочащих вашу честь слухах, гуляющих по Академии. Проблема в том, что вы подозреваетесь в сокрытии от преподавательского состава своей настоящей силы.

— Хотите сказать, что я куда слабее, чем пытаюсь себя показать? — спокойно поинтересовался я.

— Наоборот, — заставил меня удивиться Георгий Иванович. — Вы подозреваетесь в том, что вы обманули и преднамеренно занизили свою настоящую силу перед преподавательским составом.

— Как иронично. Год назад мои однокурсники твердили, что я лишь прикидываюсь стоящим магом, а сейчас сам ректор Академии говорит мне ровно противоположное, — не стал скрывать я своей улыбки. Ситуация и впрямь показалась мне весьма забавной.

— Евгений Дмитриевич, я прошу отнестись серьёзнее к этому вопросу, — старик придвинулся немного вперёд, всем своим видом говоря, что ему не до шуток. — Скрывать свой уровень силы запрещено законом Российской империи.

— Георгий Иванович, я не хочу вас задеть словами, но вы в моих глазах пытаетесь раздуть из мухи слона, — на мои слова ректор никак не отреагировал. — Я прекрасно знаю об этом законе и его поправках. Поэтому я не понимаю, в чём сама проблема и какие ко мне могут быть вопросы.

Тут я нисколько не врал, поскольку притянуть меня за статью из этого закона Служба имперской безопасности не могла. Если речь внезапно зашла бы про уникальную магию, я мог сослаться на то, что это секреты рода. И никто бы не смог оспорить это заявление, даже сам император.

В свою очередь, если бы речь зашла о взятом мной четвёртом круге маны — так я был в полном праве не фиксировать новый созданный круг маны до двух лет. Причём даже если бы я нарушил закон, никто ничего не смог бы доказать. Не существует в этом мире артефакта, способного указать, в каком возрасте маг обрёл какой круг маны.

Этот закон существовал чисто номинально. Бояться стоило не его, а того, что про мою силу кто-то мог узнать. И вот тогда начались бы всякие обходные пути или даже вовсе прямой приказ императора служить на благо страны. Отказаться, в свою очередь, я бы не имел права — будучи аристократом, я нахожусь у него в подчинении.

Такая политика Его Величества, правда, ни к чему хорошему не привела бы, но пожалуй, сейчас это не столь важно. Важнее понять, чего пытается этими словами добиться ректор.

— Что ж, похоже, я начал не с той стороны, — едва заметно нахмурился старик. — Вас, княжич, подозревают в том, что вы взяли четвёртый круг маны и не сообщили об этом должностным лицам. Конечно, наказание вам не грозит, однако своими действиями вы привлекли внимание некоторых влиятельных лиц. Из-за этого я должен либо развеять эти предложения, либо подтвердить.

— Прошу прощения, если доставил вам неудобства, — ответил я, стараясь аккуратно подбирать слова. — Я лишь немногим больше года назад, в свои восемнадцать лет взял третий круг маны. В этом году я порой месяцами не находил время для развития своего магического дара. Взять четвёртый круг маны, даже если бы мне очень того хотелось, невозможно. Поэтому мне непонятно, откуда вообще могли взяться подозрения.