Книга Младший сын князя #04, страница 102 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

А ведь мне намекали, что утром меня будет ждать ад. Зря не поверил. Хотя оно того стоило!

Надо будет рассказать об этом месте Даниэлю — с его кулинарными изысканиями, думаю, он будет в восторге. Хотя, опять же, с учётом его увлечённости в этом процессе, скорее всего, он и без меня знает про подобные места.

— Ничего страшного, все через это проходили. Зато теперь ты будешь знать свою меру, — не удержалась от очередной подколки моя сестра, при этом в её взгляде появилось что-то такое, будто она сама перенеслась в дни своей юности. Ностальгия по прошлым дням. — Судя по твоему состоянию, свиные медальоны у нас отменяются. Пойдём в другое место, будем из тебя человека делать.

Под этими словами она имела в виду ресторан здорового питания или как это по-умному называется? Впрочем, мне в таком состоянии это было несильно важно. Сестра взяла для меня какой-то чай, выпив который, я почувствовал, что боль стала сходить на нет.

Посидев вот так немного и пообщавшись на разные, не особо важные темы, я снова был вынужден попрощаться с сестрой. Всё-таки я должен встретиться с Рязанским, и мне хотелось бы решить, чем я займусь в ближайшее время.

* * *

Мстислав Черкасов сидел в кабинете главы дисциплинарного комитета, замещая Амелию, пока та находилась в отъезде в другом городе.

В этом году ни он, ни она, не участвовали в проводимом турнире и подготовке к нему, и поэтому забота о делах Академии в любом случае падала на его плечи, даже если в самой Академии наступили выходные.

Как ни крути, а множество студентов оставалось жить в общежитии даже на время проведения турнира или, скорее, из-за него, и регулирование конфликтов по-прежнему падало на плечи членов дисциплинарного комитета, правда, в меньшей степени.

Ко всему прочему, даже во время выходных, на территории Академии работали клубы, где точно также происходили конфликты. Хочется не хочется, а кому-то приходилось разгребать все эти дела.

Правда, сам Мстислав редко лично решал вопросы, доверяя это дело своим подчинённым. Большая часть его работы заключалась в чтении отчётов о выполненной работе и проверке жалоб. Ну и, разумеется, в реагировании на всё это.

В целом, его устраивала не слишком пыльная работа, тем более благодаря ей, он был полезен Академии и что самое главное в этой ситуации — самой Амелии. Недаром только его она так ценила, и только перед ним не носила свою холодную маску.

Нет, даже не так — лишь перед ним она не была той Снежной королевой, которой видели её другие студенты. Только его она одаривала полным благодарности взглядом и улыбкой.

Ему невольно вспомнились слова, когда Амелия рассказала, что чтобы стать главой дисциплинарного комитета, ей пришлось надеть маску. Только отстранённый от эмоций человек сможет стать символом абсолютной власти и беспристрастия. И именно таким человеком она себя видела в дальнейшем.

Лишь такому человеку будут верить, что им не руководят эмоции в вынесении приговора, и он будет абсолютно справедлив. Только так можно привить студентам необходимое уважение к дисциплинарному комитету и навести порядок в Академии, который из-за действий старшекурсников всё же не был доведён до идеала.

В конце концов, многие из них в будущем станут главной структурой властью в стране и на дисциплинарном комитете также висит ответственность за их воспитание и прививание необходимых моральных ценностей для грамотного управления страной.