Книга Империя #1, страница 70 – Андрей Розальев, Жан Аксёнов

В окно я увидел, что Прокопыч уже занимается садом — выпиловкой деревьев. Жизнь шла своим чередом.

— Ваше сиятельство… — зашёл в дом Тихон, — не могли бы мы поговорить?

— Пошли в кабинет, — кивнул я.

О чём он хочет поговорить, я, конечно, понимал.

— Садись, Тихон, — кивком головы указал ему на кресло, а сам сел за стол.

— Ваше сиятельство, — Тихон заговорил, понизив голос, — я хотел узнать, что там с тайной канцелярией? Всё удачно прошло?

— Всё уладил, — ответил я, глядя ему в глаза. — Коршунов был одержимым агентом. Напал на меня, я его убил. Канцелярия замяла дело, им самим это всё невыгодно. Так что от них опасности больше нет. Более того, и мне премию за его ликвидацию выписали, и Коршунова к награде представят… посмертно.

Тихон выдохнул, явно расслабившись.

— А разве не он был заказчиком покушений на вас? — заметил он несостыковку.

— Боюсь, что нет, — покачал я головой. — Судя по всему, за нашим с ним боем всё-таки кто-то наблюдал. Есть подозрение, что это и был тот самый заказчик. Однако выяснить больше пока что не удалось. Угроза новых нападений сохраняется, и стоит соблюдать бдительность.

— Понял, Ваше сиятельство. Что сейчас прикажете делать?

— Ничего, Тихон, пока что ничего, — развёл я руками. — Работаем так же, как и раньше. Своё собственное расследование сейчас продолжать бессмысленно. Тайная канцелярия уже сто процентов разнюхала всё, что могла. Так что пока что занимаемся текущими проектами, просто сохраняя предосторожность.

Когда Тихон вышел из кабинета, я наконец-то насладился кофе с тостами. Поел, попил, и только достал папку с документами о месторождении графита, как в кабинет влетела Шурка.

Да что ж такое! Доберусь я сегодня до документов вообще?

Вся взъерошенная и явно обеспокоенная.

— Ваше сиятельство, к вам можно? — остановилась она в дверях.

— Заходи, Шурка, — махнул я рукой.

— Расскажите, чем вчера всё закончилось? — она прикрыла за собой дверь. — А то мне отец может ничего и не рассказать.

Я со вздохом откинулся в кресле:

— Ну, садись, расскажу.

Снова те же самые вопросы. Скрывать от Шурки ничего не стал, рассказал ей всё то же самое, что и Тихону.

— А что это вы морщитесь, Ваше сиятельство? — заметила она в какой-то момент.

— Вчерашняя рана побаливает, — отмахнулся я. — Ерунда, до свадьбы заживёт.

— А вы вообще рану-то обрабатывали? — нахмурилась Шурка.

— Да, приезжал лекарь.

— Может, плохо обработал, — она встала. — Разрешите вас осмотреть? Я в этом немножко понимаю и могу сказать — рана заживает нормально или нужно обратиться к Косому.

Вздохнув, я вышел из-за стола и снял через голову футболку. Шурка подошла поближе и аккуратно заглянула под перевязку.

— Да, тут надо всё-таки к Косому обратиться, — вынесла она вердикт. — Перевязка сделана хорошо, но рана требует внимания.

Вдруг дверь кабинета резко открылась, и появилась крайне любопытная физиономия Лерки. Она замерла на пороге, её глаза округлились, глядя на меня, полураздетого, и Шурку между мной и дверью.

— Ой… я потом зайду, — пискнула она и она тут же захлопнула дверь.

— Да ничего такого! — выпалила Шурка ей вслед. — Я просто… перевязка!

Покраснев как помидор, она сама бросилась на выход из кабинет.

— Съездите к Косому, пожалуйста, прямо сейчас. Это точно нельзя откладывать! — выпалила она и захлопнула дверь.