Книга Алхимик из другого времени. Том 4, страница 92 – Андрей Ткачев, Жан Аксёнов

Путь я продолжил уже в приподнятом настроении. Все-таки я уже смог добыть достаточно редких материалов. Еще через полчаса мне вновь повезло. Я наткнулся на цветок под ярким названием «огненная жизнь».

Если честно, даже не представляю, почему он получил такое название. Причем открыт он был еще во время моей прошлой жизни кем-то из моих коллег. И вот это название принадлежит ему.

Что в мое время, что сейчас — растение крайне редкое. А главное — цветок, напоминающий разве что… да ничем он таким не отличался! Выглядело это растение просто как какой-то очень яркий красный стебель. Сам цветок распускался раз в пару лет, при этом делал это так, что поджигал вокруг себя довольно большую территорию.

Судя по тому, что вокруг найденного мной экземпляра была довольно обширная выжженная полянка, он это делал уже не один раз. Печать анализа подтвердила мою догадку. Этому растению было уже два десятка лет.

Я одним резким движением срезал стебель растения. При этом сделал это так, чтобы оно потом могло вырасти снова со временем. Для этого пришлось срезать его под определенным углом. Иначе, как показывала практика, цветок погибал. В свое время множество копий разбились о попытку выяснить, почему именно такой угол необходим.

Более того, важна была и высота этого разреза. Как я понял, в этом растении очень специфически проходили энергоканалы, и если они повреждались не в месте «соединения», то попросту не могли восстановиться. По крайней мере, это было самое логичное предположение из тех, что я знал. При этом бывали случаи, когда цветок и вовсе взрывался, но мне повезло, и все было сделано правильно.

Закинув цветок в пространственную сумку, я тут же отдал сигнал о продолжении пути. Стоило нам сойти с поляны, как я почувствовал, что к нам кто-то активно приближается.

— Приготовиться, — отдал я приказ, встав на месте. — Кто-то движется в нашу сторону. Кто-то достаточно большой и сильный, чтобы даже не пытаться идти незамеченным.

Через минуту лес задрожал от тяжелых, грузных шагов. Я уже активировал печать анализа и она подтвердила мои подозрения: к нам приближался медведь, мутировавший под влиянием магии, и с аурой, визуально искрящейся от переизбытка энергии.

Гвардейцы мгновенно заняли боевой строй: щиты сомкнуты в стену, мечи и луки наготове. Виктор в центре, его аура вспыхнула вихрем воздуха — как в прошлый раз, готовясь к удару. Григорий и Иван натянули тетивы, их стрелы засветились магическим сиянием, дрожа от напряжения. Рядом Петр и Алексей: огонь в ладонях первого пульсировал жаром, земля под ногами второго вибрировала, готовая взорваться шипами. Горностай на моем плече зашипел, шерсть встала дыбом. Даже зверек приготовился к сражению.

Он чувствует угрозу, но знает, что это не его бой. Я стою впереди, парные клинки в руках: длинный — в правой, короче — в левой. Затем, горностай спрыгивает с моего плеча и куда-то убегает.

Медведь выходит из зарослей с грохотом, ломая кусты и мелкие деревья, как соломинки. Его рев эхом разносится по лесу, глаза горят белым, пасть раскрыта, и воздух вокруг него дрожит. Щит уже на месте, искажающий пространство легкой дымкой.

Печать анализа тут же подтверждает: медведь, магически измененный, в полтора раза больше обычного, с шерстью, переливающейся серебристыми всполохами, как будто ветер вплетен в каждую ворсинку.