Книга Алхимик из другого времени. Том 3, страница 94 – Андрей Ткачев, Жан Аксёнов

Ну что же, радует, что такие алхимики тоже есть. Быть может, в этом искусстве еще не все потеряно.

Буквально через три минуты после меня свою работу сдал еще один студент. Его имени, к сожалению, я не знаю, но, как я понимаю, он один из лучших на пятом курсе, и ему совсем немного не хватает до того, чтобы войти в первую десятку по очкам.

Кто знает, может быть, сейчас у парня все получится?

Фон Гаус проверил его зелье так же, как и мое, а затем задумчиво посмотрел на студента.

— Откровенно говоря, вы ставите меня в неловкое положение, — начал он. — С одной стороны, ваше зелье заметно чище, чем у Огинского. Однако из-за того, что вы пытались его максимально очистить, итоговая эффективность несколько ниже, чем у него. И что мне вам поставить?

— Как вы посчитаете нужным, — просто ответил пятикурсник. Но его сдержанность была лишь показательной, это чувствовалось.

— Считаю, будет справедливо поставить вам так же девяносто восемь баллов, — ответил ему мужчина.

— Простите, но могу я не согласиться? — вдруг сказала Маргарита Семеновна.

— Вам кажется, что нужно выставить другой балл? — удивился Фон Гаус.

— Да, — твердо ответила Ушакова. — Мы, безусловно, должны оценивать совокупность факторов. Но чистота зелья должна была бы учитываться, если бы эффективность его зелья была такой же, как у Огинского. Мне кажется, что одинаковая оценка у них — несправедлива.

— И сколько же вы думаете поставить? — с интересом спросил алхимик шестого ранга.

— Думаю, что девяносто шесть будет справедливо, — спокойно ответила Ушакова.

— Хорошо, у нас спорная ситуация. Скажите, Илья Вениаминович, какой балл будет справедлив в данном случае? — обратился мужчина к еще одному судье этого этапа.

— Я согласен с Маргаритой Семеновной. В первую очередь в алхимии важна эффективность зелья, а не то, насколько много сил приложено для его изготовления, — встал на сторону своей коллеги мужчина.

— Ну что же, раз вы так считаете, то пусть будет девяносто шесть, — согласился фон Гаус. — Хотя… Огинский, скажите, а какую оценку вы считаете справедливой для вашего конкурента?

Нет, ну вот зачем он меня постоянно дергает? И начал с меня в своей речи. И сейчас вот, совершенно ни к чему приплетает.

— Мне кажется, что справедливо оценивать работу в отрыве от других. Если бы я до этого не сдал свою работу, сколько вы бы поставили данному студенту? — спокойно ответил я.

— Думаю, что около девяносто шести, может быть, даже девяносто четыре, — немного задумавшись, ответил алхимик.

— Я ответил на ваш вопрос? — слегка улыбнувшись, спросил я. — Мне кажется, что конкуренция должна быть честной.

— Хорошо, — кивнул фон Гаус. — Тогда оценим работу студента в девяносто шесть баллов.

Дальше все прошло достаточно быстро, благо времени на этот этап давали немного меньше, чем на прошлые. Поэтому мне не пришлось ждать так долго, как в прошлые разы.

Когда нас всех выпустили, то всех, кто потенциально проходит в финал, попросили не уходить и собраться у входа в алхимический корпус — мол, для нас будет какое-то объявление.

Стоило мне только выйти из здания, как ко мне тут же подошла несколько взволнованная Елена.

— Ну что, сколько набрал очков? — явно не собираясь томиться в ожидании, спросила у меня девушка.