Книга Алхимик из другого времени. Том 1, страница 112 – Андрей Ткачев, Жан Аксёнов

Поставив последнюю соединительную печать, я отметил про себя, что провел за этим всю ночь и на улице уже постепенно наступал рассвет. Солнечные лучи очень приятно отсвечивали от озера, заливая помещение ярким светом. Вот что значит — погрузиться в работу.

Собственно, еще раз пройдясь по всем ключевым узлам, я активировал одновременно все печати, которые заблаговременно напитал. Магический всплеск почувствовал сразу же, но он локализовался в рамках ограниченного контура, чтобы снаружи это не привлекло внимания.

Сначала за счет всех тех десятков ингредиентов, что я разложил в нужных местах, пойдет восстановление внешних материалов холла, а затем начнут восстанавливаться и предметы в ней.

В этот же момент времени можно было наглядно видеть, как благодаря действию алхимических печатей, мебель будто бы обновляется. Старый стол, который уже постепенно начинал рассыпаться в труху, вновь стал плотным и гладким, будто бы его только что сделали. Даже кованые элементы на окнах и те очистились. Все ткани, оставленные тут без ухода на долгие годы, начали светлеть и восстанавливать свой цвет.

При этом все это сопровождалось легким гулом. Ощущение такое, будто бы сам дом рад тем, что им наконец-то занялись.

В любом случае, к моменту, когда утро уже окончательно вступило в свои права, самая большая комната в особняке была полностью восстановлена и выглядела она, я уверен, не хуже, чем в лучшие годы ее существования.

Вся она была сделана в строгом стиле, сочетании темно-зеленого и коричневых цветов. Картины, что висели на стенах, к моменту моего заезда так выцвели, что я подумал, что там висят пустые рамы, восстановились и открылись моему взору. Не скажу, что все они были великими произведениями, но одна картина запала в душу. На ней был изображён лес и трое медведей. Мне она понравилась — видно, что работу писал настоящий мастер.

Довольный своей работой, я решил не останавливаться и продолжить работу. У меня есть весь день на то, чтобы таким образом обработать еще хотя бы кухню и мою будущую лабораторию. В идеале, лучше даже заняться сначала спальней, дабы мне было где спать.

Поднявшись на второй этаж, я зашел в спальню и окинул все взглядом. Да уж, мне почему-то казалось, что обстановка здесь будет куда скромнее. Только кресел стояло три штуки, не считая небольшого столика, тумбочки, полноценного комода и огромной кровати.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что с кроватью всё далеко не в порядке: матрас был полностью испорчен временем, а из четырёх ножек целой осталась лишь одна.

Да уж… тут работы предстоит немало, но это даже к лучшему.

И я вновь, с новым, все неугасающим энтузиазмом начал расчерчивать печать в спальне. Основную печать на полу в этот раз я решил сделать не просто начерченной из угля, а сделать ее из серебряной пыли.

Смысл в этом действии был один — еще сильнее улучшить работу печати, и главное, снизить ее энергопотребление. Возвращение холлу достойного вида вытянуло из меня такой объем сил, какой я обычно тратил за неделю, поэтому мной было принято решение сэкономить. Ну и да, благодаря экономии энергии, я еще и очень сильно ускорился, ибо теперь на напитку основной печати мне потребовалось не два с половиной часа, а ровно час.

На стенах, правда, что неудивительно, мне пришлось уже делать печати угольным карандашом. В этот раз на стены ушло чуть больше времени, ибо чертить их было не столь удобно.