Книга Арсенал Регрессора. Том 3, страница 75 – Оливер Ло

Тамамо стояла посреди тротуара, окружённая потоком людей с телефонами в руках. Её уши и хвосты были спрятаны под иллюзией, но глаза оставались золотыми, а выражение лица напоминало потерявшегося ребёнка.

— Где мы? — её голос дрожал. — Эти… коробки на колёсах. Они живые? Почему они так громко рычат? И эти светящиеся вывески… какая магия их питает?

Прохожие оборачивались, кто-то хихикал, принимая её за актрису или косплеершу. Тамамо шарахнулась от проехавшего мимо автобуса и едва не снесла продавца хот-догов.

Я понял, что у меня проблема.

У неё не было документов. Не было денег. Не было ни малейшего понимания, как устроен современный мир. Восемьсот лет в плену у Нурарихёна, а до этого века в феодальной Японии, где вершиной технологий были бумажные фонари.

И идти ей было некуда.

Я мог бы оставить её на улице. Мог бы сдать властям или ОАЯ. Мог бы просто уйти и забыть.

Вместо этого я привёл её к себе.

Первая неделя напоминала воспитание очень могущественного, очень своенравного и абсолютно невежественного ребёнка.

Электричество стало первым камнем преткновения.

— Что за магия заставляет эти светильники гореть без огня? — Тамамо щёлкала выключателем раз за разом, наблюдая, как лампа загорается и гаснет. Её хвосты нервно подёргивались. — Я не чувствую потока энергии. Откуда берётся свет?

— Это электричество. Ток, который идёт по проводам.

— Ток? Как вода?

— Вроде того. Только из электронов.

— Из чего?

Объяснять квантовую физику девятихвостой лисице оказалось сложнее, чем сражаться с Орочи.

Водопровод вызвал настоящий шок.

Тамамо простояла у раковины минут десять, открывая и закрывая кран. Вода текла, исчезала, текла снова. Её глаза расширялись всё больше с каждым циклом.

— Вода идёт из стены, — прошептала она благоговейно. — Из. Стены. Просто так. Без колодца, без реки, без магии призыва. Как⁈

— Трубы. Городской водопровод.

— Трубы, — она попробовала слово на вкус, будто оно было чужим. — И эти… трубы… есть в каждом доме?

— В каждом. И канализация тоже.

— Канализация?

Следующий час я объяснял концепцию централизованного водоснабжения и отвода сточных вод. К концу Тамамо смотрела на унитаз как на восьмое чудо света.

Интернет едва не сломал её.

Я показал ей ноутбук, открыл браузер. Она уставилась на экран, её зрачки сузились в вертикальные щели.

— Там… изображения, — её голос был очень тихим. — Движущиеся изображения. Люди. Места. Отличная иллюзия

— Записи. Видео. Можешь посмотреть что угодно.

Тамамо просидела перед экраном три часа. Она смотрела видео о животных, потом о космосе, потом о кулинарии. Её глаза ни разу не моргнули. Хвосты застыли в неподвижности, как девять рыжих статуй.

Когда я вернулся проверить её, она всё ещё сидела в той же позе.

— Тамамо?

Молчание.

— Эй.

Она медленно повернула голову. В её глазах стояло что-то похожее на экзистенциальный кризис.

— Там… всё, — прошептала она. — Вся человеческая история. Все знания. Все… всё. Как вы живёте с этим? Как вы не сходите с ума?

— Мы привыкли.

— К этому… невозможно привыкнуть.

Холодильник вызвал искреннее возмущение.

— Ты держишь еду в ледяном ящике? — Тамамо открывала и закрывала дверцу, щупая холодный воздух. — Это очень практично. Но все равно, вы, люди, — странные создания.

Это было что-то вроде её коронной фразы на ту неделю.