Книга Законник Российской Империи. Том 7, страница 115 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Наконец Адамантис упал на колени, его аура почти погасла. Но вместо того, чтобы добить его, Эдвард повернулся ко мне.

— Это твоё право, Максим. Он был одним из тех, кто приказал убить твою мать.

Я подошёл к магу, стоящему на коленях. Адамантис поднял на меня глаза — в них не было страха, только холодное понимание неизбежного.

— Ты думаешь, что победил, — произнёс он тихо, — но это только начало. Без перезаписи мир обречён. И ты будешь свидетелем его гибели.

— Может быть, — согласился я. — Но это будет его собственный выбор. А не ваше решение. Уничтожь.

Адамантис исчез беззвучно, словно мираж. Последний из пяти убийц моей матери перестал существовать.

Я оглянулся на Башню Хронос, чувствуя странную пустоту внутри. Месть свершилась, но она не принесла того удовлетворения, которого я ожидал. Осталось ещё одно незавершённое дело.

— Нам нужно идти дальше, — сказал я Эдварду и Артуру. — Пока не пришло подкрепление.

И, как назло, в этот момент, со всех сторон к площади начали стекаться фигуры — десятки, может быть, сотни магов и воинов Вечного Города. А среди них — знакомые лица. Я увидел Альберика, идущего впереди внушительной группы Хранителей Равновесия. Рядом с ним шли оставшиеся члены Совета, включая моего деда, Леонида.

— Поздно, — Артур схватил меня за руку. — Нужно отступить. Даже для тебя их слишком много.

— Нет, — я высвободил руку. — Отступать некуда. И это наш единственный шанс.

Мы встали лицом к приближающейся армии — трое против сотен. Эдвард справа от меня, Артур слева. Воины и маги Вечного Города окружили площадь перед Башней Хронос, образовав полукруг, но не спешили атаковать.

Леонид вышел вперёд. Его лицо было мрачным, но глаза — полными решимости.

— Максим, — произнёс он громко, так, чтобы все слышали. — Прекрати это безумие. Ты уже убил пятерых членов Совета. Этого достаточно. Сложи оружие, и мы обсудим твои условия.

Похоже, здесь хватает средств наблюдения, так что я даже отпираться по этому поводу не собирался. Да и какой в этом смысл?

— Обсудим условия? — я рассмеялся. — А с моей матерью обсуждали условия, перед тем, как убить её? Нет, Леонид. Я пришёл сюда не для переговоров.

— Тогда для чего? — мой так называемый дед сделал ещё шаг вперёд. — Чтобы умереть? Даже с твоей силой ты не сможешь противостоять всему Вечному Городу.

— Я пришёл остановить вас, — ответил я твёрдо. — Остановить перезапись. Дать моему миру шанс самому решать свою судьбу.

— Это невозможно! — воскликнул один из оставшихся членов Совета. — Перезапись — единственное, что спасает саму возможность существования жизни! Иначе человечество само себя уничтожит!

— Так говорит ваша догма, — я покачал головой. — А что, если вы ошибаетесь? Что, если есть другой путь? Путь, который моя мать пыталась вам показать, прежде чем вы её убили?

Леонид вздрогнул при этих словах.

— Ты не понимаешь, — его голос стал тише, почти умоляющим. — Мы видели, что происходит без перезаписи. Мы видели конец всего.

— А я его пережил, — ответил я. — И знаешь, что я понял? Что даже в конце есть надежда. Даже в разрушении есть семена нового начала. Но не под вашим контролем, не по вашим правилам!

Я посмотрел в глаза своего деда, теперь уже не как противник, а как сын его дочери.

— На кой-чёрт тебе сдалась вечная жизнь, — спросил я горько, — если ты даже близких защитить не можешь? Это не жизнь, это жалкое существование.