Книга Законник Российской Империи. Том 4, страница 51 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

— Паук, значит, — усмехнулся я.

Но на этом сюрпризы не закончились. Оказалось, что наш загадочный Игнат Георгиевич также был связан с подготовкой элитных войск Империи и должен был подчиняться второму принцу, Михаилу Алексеевичу. Двойная лояльность? Тройная? Я почесал затылок, пытаясь уложить эту информацию в голове. Птица его полета должна проверяться империей в три раза тщательней, а значит, и вариантов для подковерных игр меньше, но тем не менее у этого человека было слишком много скелетов в шкафу. Настолько, что те уже вываливались. Или же это делалось специально, чтобы скрыть еще один слой его действий?

— Виктор, — позвал я своего телохранителя, который молча сидел у двери, читая одну из папок, где была информация по польскому этикету. — Что ты думаешь о человеке, который умудряется служить и нашим, и вашим, и еще немного соседям?

— Думаю, такой человек либо очень умен, либо очень глуп. И в обоих случаях опасен, — ответил он, не отрывая взгляда.

— Вот и я о том же, — кивнул я, поддерживая его ответ. — Но зачем ему это? И кому на самом деле он служит?

Я продолжил изучать документы, отмечая частые и длительные поездки Игната Георгиевича в Польшу. Якобы к дальним родственникам. Но кто ездит к дальним родственникам так часто?

— Похоже, кто-то в Империи помимо Дорохова тоже хочет, чтобы Польша была разобщена, — пробормотал я, делая заметки. — Правда, не настолько одержим местью, а значит, и действует не так активно. Или же…

Я откинулся на спинку кресла, чувствуя, как от усталости начинает ломить шею. Ситуация складывалась запутанная, и я понимал, что нужно действовать крайне осторожно. Особенно, учитывая предстоящую дипломатическую миссию.

— Или же кто-то не действовал, потому что знал про планы Дорохова и уповал на них, но когда тот крупно облажался… Хм, а не потому ли меня отправили в Царство Польское, что я являюсь прямой причиной неудачи Дорохова? Но тогда кто-то надоумил на это императора, чтобы тот издал указ. Нет, бред какой-то. Ладно, — сказал я сам себе, — пока будем наблюдать. В Польше, возможно, всплывут новые детали. Без этого сложно делать какие-то конкретные выводы.

Следующие несколько часов я посвятил изучению документов, переданных Вяземским. Старик, конечно, хотел меня утопить в бумагах, но я не собирался сдаваться так просто. К рассвету я уже мог назвать любимый сорт чая каждого члена польской делегации и знал наизусть родословную министра иностранных дел до пятого колена. Вот только на кой-мне это все…

— Господин, — голос Себастьяна вывел меня из транса, — прибыл курьер из Судебного Бюро. Утверждает, что если не передаст конверт прямо в руки, то господин Соколов его отравит.

Я потер глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на часах. Неужели уже утро?

— Спасибо, Себастьян. Пусть войдет, не будем заставлять его нервничать дольше необходимого.

Курьер, молодой парнишка с веснушчатым лицом, вручил мне конверт и поспешно удалился, словно боялся, что его заставят разбирать горы бумаг вместе со мной.

Я вскрыл конверт и не смог сдержать улыбки. Это было официальное разрешение на оплачиваемый отпуск от Соколова. Старый лис всё-таки решил меня побаловать. А, нет, размечтался. Вместе с этим был свод указаний, что мне нужно сделать для Бюро, и лично для него во время отъезда. В том числе и закупить необходимые для интересных ядов ингредиенты.