Книга Законник Российской Империи. Том 4, страница 19 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Не говоря ни слова, он швырнул папку на стол передо мной. Удар был настолько сильным, что чашки на подносе подпрыгнули, расплескав чай.

Я медленно опустился обратно на свое место, чувствуя, как внутри нарастает волна азарта, которую я даже не думал сдерживать. Я вопросительно поднял бровь, глядя на Орлицына.

— И что же это? — спросил я, намеренно сохраняя спокойный тон.

Орлицын сверлил меня взглядом, словно пытаясь прочесть мои мысли.

— Там все, что есть у меня на Дорохова, — наконец произнес он. — Все планы по дискредитации Польши. Поверхностно, но тем не менее. Если ты, действительно, так умен, как о тебе говорят в высшем свете, то ты докопаешься до того, что на самом деле существует, а что фикция, выстроенная Дороховым для подрыва репутации Царства Польского и разрыва сотрудничества с Российской империей.

Я прищурился, внимательно изучая лицо Орлицына. Что за аукцион неслыханной щедрости? Неужели неудавшееся вчера покушение так сильно повлияло на Григория Валерьевича? Это было странно, но в то же время… интригующе.

Едва я потянулся к папке, чтобы взглянуть на то, что внутри, мужчина внезапно с громким ударом опустил на нее свою руку, прижимая документы к столу.

— Все, Максим, — внезапно сказал он, отбросив всякий официоз. — Я вышел из этой игры, так что оставь меня и мою семью в покое. Это все дело рук Дорохова. Его разум помутился. Это мое условие. Весь компромат, что у меня есть, в обмен на то, что ты просто выведешь нас за скобки этого уравнения.

Я почувствовал, как на моем лице расплывается широкая улыбка. Все мои догадки о том, что Дорохов шантажировал Орлицына, оказались верными. Это было похоже на последний кусочек головоломки, который наконец-то встал на свое место.

— Договорились, — сказал я, протягивая руку.

Орлицын крепко пожал ее, и я почувствовал, как напряжение начало покидать его тело.

— Ты на самом деле весьма необычный человек, Темников, — произнес он с ноткой уважения в голосе. — Я желаю тебе удачи. Ты подобрался очень близко, хотя ранее никто такого сделать не смог. Я буду наблюдать, ибо мне интересно, доведешь ли ты дело до конца.

— Всегда довожу, — ответил я с уверенностью. — А теперь, с вашего позволения, я обещал Юрию шахматную партию, после чего выполню свою часть сделки. Как видите, даже в этом я всегда держу слово.

На лице Орлицына внезапно появилась улыбка — первая искренняя улыбка, которую я когда-либо видел на его лице. Он кивнул, поднялся и, не говоря больше ни слова, покинул библиотеку.

Я зашел через центральный вход в свое поместье, чувствуя, приятное удовлетворение. Вечерний воздух, пропитанный ароматом хвои и морозной свежести, остался за дверью, уступив место теплу и уюту дома. Себастьян Степанович, верный своей привычке появляться, словно из воздуха, уже стоял в холле, готовый принять мое пальто.

— Добрый вечер, господин, — произнес он с легким поклоном. — Как прошел ваш визит?

— Лучше, чем я мог надеяться, — ответил я, передавая ему пальто. — Будь добр, организуй чай в мой кабинет. И, пожалуй, какие-нибудь легкие закуски. У меня впереди долгая ночь работы.

— Будет исполнено, господин, — кивнул дворецкий, исчезая так же бесшумно, как и появился.

Я поднялся по широкой лестнице, чувствуя, как предвкушение растет внутри меня с каждым шагом. Папка с компроматом, которую я сжимал под мышкой, казалась тяжелее с каждой секундой — не физически, а скорее, морально. Я не знал, что найду внутри, но уверен, что это станет моим ключом к победе.