Книга Законник Российской Империи. Том 2, страница 122 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

— Вот тут-то мы и различаемся, — улыбнулся Андрей Алексеевич. — Я предпочитаю разрушать старые идеи. А Михаил — города.

Я усмехнулся. Третьему принцу не занимать остроумия, это точно. Он знал, как ввернуть колкость, даже когда говорил о вещах, которые другим казались серьёзными.

В этот момент двери в зал внезапно распахнулись, и все разговоры сами собой стихли.

В зал вошёл мужчина, сопровождаемый многочисленной свитой. Его присутствие было невозможно не заметить. Он двигался с такой уверенностью, что казалось, весь мир вращается вокруг него. Одет роскошно, даже вычурно — бархатный мундир глубокого синего цвета, украшенный золотыми нитями и драгоценными камнями, переливался в свете люстр. Его волосы были идеально уложены, лицо светилось харизмой и уверенностью, которая граничила с надменностью. Люди кланялись ему, приветствовали с искренним уважением, и я понял, что это не просто дань этикету — они, действительно, восхищались им.

— Явился, — тихо, почти небрежно, бросил Андрей Алексеевич, но я услышал это. И сразу понял, кто передо мной. Пётр Алексеевич Романов, наследный принц Российской Империи.

Пётр Алексеевич уверенно прошёл через зал, его свита следовала за ним, словно тени. Он улыбался, кивал в ответ на приветствия, но в его движениях чувствовалась некоторая театральность. Принц любил внимание, это было очевидно. Когда он приблизился к нам, его лицо расплылось в широкой приветливой улыбке.

— Ах, Андрей, как давно я тебя не видел! — воскликнул он, делая шаг к брату и протягивая ему руку. — Рад встрече!

— И я рад встрече, — улыбнулся Андрей Алексеевич, принимая рукопожатие.

Пётр Алексеевич огляделся, его взгляд остановился на мне.

— Не представишь мне своего друга? — спросил он, его голос был мягким, но в нём чувствовалась скрытая издёвка.

— Максим Николаевич Темников, — без промедления ответил третий принц. — Сын Николая Владимировича, министра финансов.

— Незаконнорожденный, — добавил я, слегка склонив голову в знак уважения. Я не собирался прятаться за официальными титулами. Лучше уж сразу обозначить свои позиции и свой статус в некотором роде.

Пётр Алексеевич приподнял бровь, его улыбка стала ещё шире.

— Наслышан о вас, — сказал он, оглядывая меня с интересом. — Мало кто может за столь короткий срок сделать такую крепкую репутацию в столице. Вы очень… интересный экземпляр. Даже не чураетесь своего происхождения. Что это, самоуверенность или глупость? Чего в этом больше?

Я улыбнулся, не позволяя его словам вывести меня из равновесия. Интересный экземпляр? Ну что ж, пусть будет так.

— Лишь голые факты, не более, — ответил я.

Взгляд наследного принца вдруг стал пристальным. Но он смотрел не на меня, а на кого-то в толпе.

Я незаметно проследил за его взглядом и увидел мужчину с бокалом в руках. Это был один из аристократов, лицо которого я видел на нескольких приёмах. Ничего особенного, на первый взгляд. Но что-то в его движениях насторожило меня. Он ускорил шаги, когда оказался в нескольких метрах от Андрея Алексеевича.

Моё тело сработало быстрее, чем разум. Я как бы случайно двинулся в сторону, оказавшись на пути аристократа. В следующий момент содержимое его бокала оказалось на моей одежде вместо третьего принца, а сам бокал разбился вдребезги. Звук бьющегося стекла быстро заполнил окружающее пространство.