Книга Системный Друид. Том 5, страница 73 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Под шумом хаотичных выбросов жил собственный родной ритм лисы, задавленный чужеродным вмешательством, но всё ещё живой. Я нащупал его через ладони, и мана подстроилась, повторяя его такт, показывая ядру, что ритм никуда не делся.

Лиса ударила в последний раз. Инстинктивный серп прошёл по дуге и врезался мне в спину, разрезая куртку и кожу под ней до мышц. Раны закрылись медленнее, чем предыдущие, ресурс регенерации просел ощутимо, но руки я все равно не убрал.

Хаотичные выбросы пошли на убыль, паузы между ними растянулись, и в этих просветах родной ритм ядра выступал отчётливее, как узор на дне ручья после оседания мути. Просветы росли, и в какой-то момент тёплое ровное ядро замолкло у меня под пальцами.

Четыре хвоста опустились один за другим. Осколки льда рассыпались на изуродованную траву, звеня по камням. Тёмный свет в глазах менялся, из центра зрачков расходился янтарный, и мана-зверь стоял неподвижно, позволяя этому произойти.

А потом контуры размылись. Серебристый мех пошёл рябью, хвосты сложились и втянулись в тело, силуэт вытянулся и перетёк в другую форму, и несколько секунд на это было трудно смотреть прямо, мана искажала восприятие на границе зрения.

У моих ног на траве лежала рыжеволосая девушка, бледная, с россыпью конопушек на плечах и переносице, без сознания, и полностью обнажённая.

Я перевёл взгляд строго вверх, на кроны деревьев. Пожалуй, за все годы, проведенные как в прошлой жизни в заповедниках, так и тут, в месте, наполненном чудесами и магией, я привык к разным неожиданностям, но и тут жизнь не переставала подкидывать что-то новое.

Луна подошла сзади, заглянула через моё плечо, оценила ситуацию и молча развернула меня в другую сторону одним коротким движением руки. Потом достала из котомки запасной плащ и набросила на девушку.

— Можешь поворачиваться, — Луна произнесла это ровно, но я уловил в голосе нотку, которую не смог бы описать точнее, чем «ревностная».

Я повернулся. Рыжая девушка лежала под плащом, и без контекста выглядела она лет на двадцать, может, чуть моложе, хотя с мана-зверями возраст определяется по другим меркам. Дыхание глубокое, ядро внутри пульсировало стабильно, и на моих ладонях ещё держался фантомный отпечаток его тепла.

Двое авантюристов на краю поляны оказались к моему удивлению все же живы, оба без сознания, контуженные выбросом маны, но с ровным пульсом и без видимых ран. Я проверил обоих, убедился, что угрозы нет, и вернулся к девушке.

— Надо убрать её отсюда, — я кивнул в сторону ручья, который слышал чуть восточнее. — Ядро стабилизировалось, но лучше подстраховаться в стороне от того, что довело её до такого состояния. Да и им, — указал на авантюристов, — лучше ее не показывать.

Я поднял девушку. Она оказалась удивительно лёгкой, и не верилось, что полчаса назад это существо серпами крошило деревья. Луна, установив магическую защиту рядом с ранеными авантюристами и оставив им целебные пилюли, теперь шла впереди, выбирая путь между поваленными стволами и вывороченным грунтом, и ни разу не обернулась, но спина у неё держалась прямее, чем всегда.

У ручья мы расстелили плащ на мягком мху, я устроил девушку на нём, подложив котомку под голову. Сел рядом и положил ладони на её спину, возобновляя поток природной маны. Ядро откликнулось мягко, принимая помощь, и хаотичные вкрапления в его структуре сглаживались под моими руками, как сглаживаются помятые листья, если расправить их осторожно.