Книга Хазарский каганат, страница 17 – Оливер Ло

Сталерук стоял в ступоре. Немногие могли звать его истинным именем. Лишь жена и Озем. Берканский силач грубо скинул руку князя со своего плеча и вышел наружу. Одним легким прыжком он поднялся на стену, где, взирая на наступающие хазарские отряды, стоял Вед.

— Парень, смотри внимательно, сейчас я покажу тебе, что значит подавляющая сила.

Желтая энергия прокатилась по рукам Озема и взорвалась с невероятной силой. Область подавления его духа была настолько громадной, что даже за несколько верст животные разбегались в первобытном страхе, будто на них открыл охоту самый свирепый хищник.

Мужчина спрыгнул со стены и медленным шагом пошел навстречу надвигающейся орде.

Берканцы наблюдали со стены, как их храбрый воин вышел против целого войска, но по приказу Сталерука не шли за ним. Сам же князь также поднялся на стену и наблюдал за своенравным жителем Беркан.

Хазары выкрикивали боевой клич и неслись вперед. Они были подобны смертоносной морской волне, что сносит все на своем пути.

Пусть русы и верили в мощь сильнейшего из живущих, но все же волновались, ведь какая бы сила не содержалась в человеке, его все равно можно было задавить количеством. Как говорят, один в поле не воин. Однако, в следующие несколько мгновений их челюсти чуть не попадали от удивления. Впервые им довелось увидеть всю истинную силу Озема, которая до этого была скорее легендой.

Когда между ним и первой линией хазар оставалось около сотни шагов, он закрыл глаза и поцеловал свой кулак.

— Великий Озем, бог и мой покровитель. Я, названный твоим именем, одолжу силу твою, дабы искоренить зло на нашей земле.

С широким замахом он ударил в землю. От его кулака пошло множество трещин, которые мчались в сторону противника широкой паутиной, но как только дошли до них, то изнутри внезапно стали появляться тяжелые земляные и каменные шипы. Они беспощадно дырявили хазарских воинов, моментально отнимая их жизни.

Озем выпрямился и топнул в правом направлении. Его духовная сила снова взорвалась. Невидимая поступь полетела вперед, оставляя широкие вмятины на земле, а добравшись до живых щитов давила их, оставляя лишь кровавую кашу из плоти и костей.

Всего лишь двумя техниками он уничтожил более двухсот практиков так, будто они были обычными смертными, не имеющими ни грамма внутренней силы.

Усмехнувшись, Озем ринулся вперед с удовлетворенной улыбкой. Наконец-то он мог разгуляться в полной мере.

Берканец метался из стороны в сторону, и там, где он проходил царила самая жестокая смерть. Каждое его прикосновение было убийственным, каждое движение отправляло хазарских воинов в небытие.

Он лопал головы руками, будто мягкие дыни, дырявил тела ладонью, как самым настоящим клинком, разрывал плоть, словно дикий зверь. Уже спустя несколько мгновений он уничтожил еще полторы сотни хазар, а его одежда, лицо и руки полностью окрасились кровью. Но самое страшное, что этот человек искренне улыбался в процессе, заставляя своих же людей испытывать страх.

— Неужели… Он может разбить их в одиночку? — промолвил один из берканцев, взирающих на эту резню со стены.

— Вполне. Ведь отец не показал еще и десятой части своей силы. — ответил Вед с некой долей презрения.

Он признавал, сколь силен тот человек, которого он искренне желал убить, а также понимал, какая громадная пропасть между ними.