Книга Рассвет Души Повелителя. Том 12, страница 104 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Мелисса и Рю присоединились к Рейвену, все трое наблюдали за далёкими вспышками, которые говорили о том, что титаническая битва продолжалась.

— Я не могу поверить, что он сражается на равных с Кетцалем, — произнесла Мелисса, её голос дрожал от волнения. — Ещё недавно он был просто сильным практиком, но теперь…

— Я никогда не думал, что увижу взлёт своего сына до таких высот, — ответил Рейвен. — Родословная Ри… её истинный потенциал мог раскрыть лишь основатель клана Бай Ри.

Внезапно на отдалённом горизонте вспыхнула ослепительная чёрная вспышка — не свет, а его отсутствие, настолько глубокое, что, казалось, поглотило часть реальности. Ударная волна достигла города через несколько секунд, сотрясая землю сильнее любого землетрясения.

Затем наступила тишина. Пугающая, абсолютная тишина. Не было больше вспышек, не было грома или дрожи земли. Словно сама природа затаила дыхание, ожидая исхода.

Маленькая фигурка молнией спустилась с верхнего этажа зиккурата, приземлившись на плечо Рейвена. Это была Чешуйка, её кристаллические глаза были полны слёз.

— Я не чувствую его! — закричала она, её голос дрожал от отчаяния. — Не чувствую Ци папы! Наша связь пропала!

Лицо Рейвена побледнело. Без единого слова он активировал свою технику полёта, окружив себя тёмно-синей аурой, и устремился в направлении последней вспышки.

— Покажи, где ты чувствовала его в последний раз, — произнёс он, пока они неслись над лесами и горами с невероятной скоростью. Ветер свистел в ушах, но Рейвен не обращал на это внимания, всё его существо было сосредоточено на поиске сына.

— Там, за тем горным хребтом, — указала Чешуйка, её тело вытянулось, как стрела. — Я чувствую… что-то. Очень слабо. Словно далёкое эхо.

Когда они перевалили через хребет, перед ними открылось зрелище апокалиптического масштаба. Некогда цветущее плато превратилось в безжизненную пустошь. Скалы оплавились, почва почернела, деревья обратились в пепел. В центре этого опустошения виднелись две неподвижные фигуры.

Рейвен приземлился рядом с телом сына, падая на колени. Джин лежал неподвижно, его кожа была бледной до синевы, а рядом с ним — тело Кетцаля с пробитой шеей, в котором с трудом можно было узнать некогда могущественного Владыку Ацтлана, настолько сильно исказились черты его лица.

— Нет, только не это… — прошептал Рейвен, осторожно поднимая голову сына. — Не после всего, что мы пережили. Не сейчас, когда мы наконец воссоединились.

Чешуйка скользнула по телу Джина, расширив свои кристаллические глаза, словно пытаясь заглянуть внутрь его сущности.

— Он жив! — воскликнула она внезапно. — Просто его Ци… её нет совсем. Ни капли. Все меридианы пусты, как будто он использовал всё до последней искры. Потому я и не могла почувствовать его — нечего было чувствовать.

Рейвен приложил ладонь к груди сына и ощутил слабое, но стабильное сердцебиение. Облегчение захлестнуло его с такой силой, что на глаза навернулись слёзы.

— Он полностью истощил свою Ци, — произнёс Рейвен, бережно поднимая сына на руки. — Никогда не видел такого глубокого истощения. Ему потребуются месяцы, чтобы восстановиться. Но он жив. Мой сын жив!

Чешуйка радостно кружилась вокруг них, её чешуя снова сияла здоровым блеском.

— Я знала, что он справится! Знала! Мой папа самый сильный!