Книга Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 10, страница 96 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Пространство завибрировало от напряжения, когда божественная сила десятков сущностей сконцентрировалась на мне одной точкой давления.

— На колени! — рявкнул бог в доспехах из грозовых туч, материализуя в руке искрящееся копье. — Ты оскверняешь это место своим присутствием!

Он метнул копье без предупреждения. Оно летело с огромной скоростью, целясь мне в сердце, уверенный жест существа, привыкшего к абсолютному повиновению. Я остался на месте, лишь выставил руку вперед.

Моя ладонь перехватила молнию в полете, сжав электрическую структуру. Энергия зашипела, пытаясь обжечь кожу, но моя защита, усиленная природой демона и знаниями мечника, поглотила заряд без остатка. Я сжал кулак, и копье рассыпалось безобидными искрами, оседающими на пол.

Тишина в зале стала плотной и осязаемой.

— Интересное у вас понятие о гостеприимстве, — произнес я спокойно, отряхивая ладонь от остатков статики. — Я пришел поговорить, а в меня кидаются зубочистками.

— Убить его! — заорал бронзовый гигант, стоящий справа. — Он опасен для Системы!

Толпа богов подалась вперед единым порывом. Низшие и средние божества, привыкшие самоутверждаться за счет слабых, увидели во мне угрозу своему комфорту и решили задавить меня числом. Разноцветные вспышки магии — огненные шары, ледяные стрелы, ментальные удары и силовые волны — обрушились на меня лавиной.

Я вздохнул, осознавая утомительность происходящего. Что демоны, что боги — поведение одинаковое, меняются только декорации и спецэффекты.

— Раз вы хотите урока вежливости, вы его получите.

Клятвопреступник остался в ножнах, для этих заносчивых созданий хватит и грубой физической силы, а их потуги едва ли угрожали моей жизни.

Я сорвался с места, используя технику перемещения, и мгновенно оказался перед грозовым богом. Его глаза расширились от ужаса, он попытался создать щит, но было слишком поздно для защиты.

Мой кулак врезался ему в живот, сгибая его пополам. Здесь, в Чертогах, они обладали телами — проекциями из плотной энергии, вполне осязаемыми и чувствительными к боли. Я услышал хруст его божественной диафрагмы, когда он рухнул на колени, хватая ртом несуществующий воздух.

— Больно? — спросил я, уже разворачиваясь к следующему противнику. — Привыкай.

Бронзовый гигант замахнулся молотом, вкладывая в удар всю свою ярость. Я перехватил его руку в верхней точке замаха, используя инерцию его же движения, и перебросил его через бедро. Он врезался в пол с грохотом, от которого задрожали соседние колонны. Я наступил ему на грудь и слегка надавил, заставляя бронзу доспеха прогнуться с жалобным скрипом.

Дева с водорослями попыталась опутать меня водяными плетями. Я просто разорвал их руками, напитанными силой разрушения, и легким щелчком пальцев отправил ее в полет до ближайшей стены.

Бой был коротким, жестоким и односторонним. Я двигался между ними, раздавая удары направо и налево, ломая руки, выворачивая суставы и вбивая надменные лица в идеальный пол Чертогов. Они не могли умереть, бессмертие защищало их от окончательного уничтожения в этом месте, но боль они чувствовали в полной мере.

Через минуту все нападавшие лежали на полу, стонали и пытались собрать свои сущности обратно в единое целое.

Я стоял в центре побоища, показательно небрежно поправляя манжеты рубашки.