Книга Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 4, страница 89 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Раньше это не требовало усилий вообще. Скверное напоминание о том, как много я потерял.

Энергия начала концентрироваться в клинке. Сначала физическая сила Расколотых Небес — чистая, разрушительная мощь, способная крушить горы. Затем, параллельным потоком, духовная энергия Рассекающей Души — тонкая, проникающая, игнорирующая материальные преграды.

Меч задрожал. Металл не был предназначен для такой нагрузки, но творение Арии держалось. Сердце Вечности в рукояти пульсировало, помогая стабилизировать потоки энергии. Золотистые прожилки вспыхнули ярче солнца.

Дракон почувствовал опасность. Он взревел — звук был похож на удар грома, от которого несколько мелких островков просто рассыпались в пыль. Вся мощь бури обрушилась на меня. Ветер, молнии, град размером с кулак.

Поздно.

Я сделал шаг вниз — простой шаг в пустоту, позволив гравитации взять надо мной власть. Скорость нарастала с каждой секундой. Сто метров. Двести. Триста.

Дракон попытался увернуться, но куда ящерице размером с дом деться от падающего метеора? Он выпустил в меня все, что у него было — стену молний, способную испепелить армию. Я прошел сквозь нее, даже не замедлившись.

Боль была, но терпимой. Я переживал и хуже.

В последний момент, когда до цели оставались считаные метры, я нанес удар.

Вертикальный рубящий удар сверху вниз. Вся накопленная энергия, вся скорость падения, вся мощь двух совмещенных техник — все это обрушилось на точку между лопаток дракона.

Клинок не разрубил плоть. Он прошел сквозь нее, словно та была миражом. Физическая составляющая удара создала ударную волну, которая прошла через все тело дракона, заставив его содрогнуться. Но главное произошло на другом уровне.

Лезвие, заряженное энергией Рассекающей Души, достигло ядра. На мгновение я почувствовал его, пульсирующий сгусток первородной силы, древней как сам мир. А затем разрубил.

Эффект был мгновенным и катастрофическим.

Связь дракона с бурей оборвалась, как перерезанная струна. Грозовые тучи начали рассеиваться, молнии погасли, ветер стих. Лазуритовая чешуя потускнела, превратившись в обычный серый камень. Сапфировые глаза, еще секунду назад горевшие древней мудростью, остекленели.

Но дракон был еще жив. Без своей магии, без связи с бурей, но жив. Его огромное тело начало падать, больше не поддерживаемое силой воли.

Я оттолкнулся от воздуха и устремился вниз. Меч вошел точно в основание черепа, пробив мозг. На этот раз никакой магии, просто сталь, пронзающая плоть.

Дракон дернулся в последний раз и замер.

Мы оба рухнули на один из парящих островов. Удар был жестким — земля треснула, поднялось облако пыли. Я перекатился, смягчая падение, и встал на ноги. Тело дракона свернулось в предсмертной агонии.

Я выдернул меч из черепа дракона и вытер лезвие о его же чешую. Клинок выдержал. Более того — он словно стал прочнее после такого испытания. Сердце Вечности мягко пульсировало, будто довольное от хорошо выполненной работы.

— Спасибо, Ария, — пробормотал я, вкладывая меч в ножны. — Отличная работа.

В этот момент на краю острова появилась фигура. Кайден, запыхавшийся и взмокший, с трудом подтянулся на площадку. Его обычно идеальная прическа превратилась в воронье гнездо, а на лице читалось выражение человека, который очень сильно сожалеет о принятом решении, но тем не менее идет дальше.