Книга Цена власти, страница 64 – Илья Карпов

Лорд Одеринг отвернулся и сжал кулаки.

— Тогда, во дворе Чёрного замка, я не мог поверить твоим словам. Помнишь, что ты сказал тогда?

— Король мёртв, — ответил наёмник.

— Верно, — выдохнул лорд. — Именно так. И именно ты помог моему дяде свершить месть. Да, это для меня не тайна. Пускай народная молва и славит Эдвальда Одеринга, оборвавшего жизнь своего ненавистного зятя-короля, но однорукий человек не смог бы никого обезглавить. Да и чем? Церемониальным мечом, слишком тяжёлым даже для здорового человека?

— Вы правы, милорд. Он приказал мне сделать это. Сказал, что так будет ещё унизительнее — король примет смерть от безродного наёмника. Если бы я его ослушался…

— Я тебя не виню, — перебил лорд. — Мой брат был обречён, как только мы перешли Эрберин. Дядя Эдвальд обменял его жизнь на свою месть. Если и тогда он нисколько не дорожил жизнями родственников, то что он сделает с нами теперь? Не сомневаюсь, если велит вырезать всё живое в этих стенах — от караульного до служанки.

— Но когда мы захватим Чёрный замок… — начал было Таринор.

— Если вы захватите Чёрный замок, — перебил его лорд. — Как считаешь, Таринор, почему мы встречаем ваше шеститысячное войско с жалким гарнизоном в сотню человек? Пусть король и безумен, но он далеко не глуп. Вы теряете здесь время. Все доступные Однорукому силы собираются там, в Энгатаре. Штурмом вам его не взять, придётся ставить осаду. Как долго вы сумеете выдержать её? Сомневаюсь, что южане привыкли спать на снегу.

— Каков же будет ваш ответ? — со вздохом спросил Таринор. — Выходит, что вы обречены в любом случае.

— Выходит, что так, — согласился лорд Одеринг. — Но я не желаю оставаться лордом Одерхолда, которого повесил за измену собственный дядя.

Таринором овладевало отчаяние. Оставался последний шанс.

— Прежде, чем я уйду, позвольте встретиться с леди Реллой, — он достал из поясной сумки медальон и протянул лорду. — Его нашли в реке. Судя по гравировке, он мог принадлежать дому Гвилов.

Эдвин Одеринг осторожно взял украшение из рук Таринора, повертел в руках и вернул обратно.

— Это может быть подделкой или уловкой, чтобы задобрить нас. Мой ответ остаётся неизменным.

Едва он это сказал, как дверь в комнату открылась. На пороге оказалась пожилая женщина в кресле, по бокам которого приделали пару колёс. Несмотря на глубокие морщины, испещрявшие лицо, её взгляд был прямым и ясным. Она была облачена в закрытое серебристое платье с плотными рукавами, а руки скрывали кожаные перчатки. Серебряный обруч с изумрудами туго перехватывал пучок седых волос на макушке. Позади женщины кресло придерживал молодой парень с густыми чёрными бровями, едва не сросшимися над переносицей.

— Не стой столбом, Орнтон, — недовольно обратилась к нему женщина, не оборачиваясь. — Ввези кресло в комнату, а после оставь нас.

Судя по выражению угрюмого лица, стоящий позади неё парень чувствовал себя не в своей тарелке, а потому поспешил выполнить веленное. Когда он закрыл дверь, женщина заговорила вновь.

— Бедный мальчик. С тех пор, как дракон сжёг его отца заживо на его глазах, он сам не свой, — женщина покачала головой и добавила спокойным, полным достоинства голосом: — Так ты хочешь, чтобы нас всех перерезали, Эдвин?

— Леди Релла? — лорд выглядел обескураженным и даже сделал шаг назад. — Бабушка? Ты подслушивала?