Книга Тень железной руки, страница 68 – Илья Карпов

Эрниваль поклонился трибунам и даже те, кто шептался о его обожжённом лице, когда он появился на площадке, теперь восхищённо аплодировали.

— Как благородно со стороны этого юноши участвовать в турнире, не претендуя на победу! — сказал Альбрехт. Он взглянул на Рию и обеспокоенно добавил: — Девочка моя, ты побледнела! Должно быть, из-за шума. Только скажи, и мы уйдём отсюда.

Рия поспешила заверить его, что с ней всё в полном порядке, просто нахлынули неприятные воспоминания. На расспросы Альбрехта пришлось рассказать ему о битве при Лейдеране и о том, как она спасла Эрнивалю жизнь.

— Карл рассказывал, что тебе довелось побывать на войне, но я и подумать не мог, что именно тебе пришлось пережить, — с горечью произнёс маг. — К тому же, в этом замешан и твой Игнат…

— Он просто… Просто оказался не в том месте и не в то время, — грустно проговорила Рия, отведя взгляд. — Мы, все трое, уже не виним друг друга в случившемся.

— Увы, человек часто перенимает черты тех, кому служит. И особенно сильно это проявляется на войне.

Рия ничего не ответила, лишь печально взглянула на Эрниваля, который в поклоне матриарху едва не доставал макушкой до земли. Пречистая Агна сидела по правую руку от короля и всем своим самодовольным видом явно давала знать, что наслаждается происходящим.

Тем временем жребий определил порядок поединков. Первыми сражаться будут Эрниваль и сир Болдвин Гримвуд, за ними же сир Гильям Фолтрейн и сир Робин Рикер, чтобы в случае победы телохранителя её святейшества следующая схватка стала решающей.

Перед началом поединка рыцарь в годах облачился в массивный шлем, опиравшийся на плечи, вместо забрала у которого была сетка из толстых прутьев. Голову Эрниваля же, кроме кольчужного капюшона, не защищало ничего. «Неужели он настолько верит в божественную помощь?» — с опаской подумала Рия.

Сир Гримвуд вооружился желтым треугольным щитом с изображением бегущего чёрного пса, после чего принял из рук оруженосца меч и несколько раз рассёк воздух перед собой, обозначив готовность. Эрниваль сжал рукоять булавы и, взглянул на матриарха. Та покровительственно кивнула, и он встал перед противником в стойку.

Раздался звук горна и Эрниваль бросился вперёд. Удары железного кулака обрушивались на рыцаря один за другим, но ни один из них не смог нанести ему серьёзных повреждений. Многие он принял на щит, от некоторых уклонился, а те, что всё же достигли цели, оставили на доспехе разве что неглубокие вмятины от шипов.

Улучив момент, сир Гримвуд нанёс удар, разрезав накидку на груди противника, под которой оказалась пластина. После клинок молниеносно скользнул лезвием по ноге. На первый взгляд это попадание показалось Рие незначительным, но вскоре она увидела там алое пятно. Ноги Эрниваля не были защищены кольчугой, лишь плотной тканью, и сир Гримвуд, будучи старше и опытнее, не преминул этим воспользоваться.

Эрниваль, казалось, вовсе не заметил раны и продолжал обрушивать на щит удар за ударом. И вот, когда чёрный пёс на нём уже был едва различим из-за изодранной до самого дерева ткани, щит не выдержал и раскололся ровно посередине. Рыцарь отбросил его в сторону и тут же получил булавой по голове, едва не потеряв равновесие. Трибуны затихли, но сир Гримвуд сумел устоять на ногах, а следующий удар уже прошёл мимо.