Книга Тень железной руки, страница 29 – Илья Карпов

— Понимаешь, — вздохнул маг, — мой брат… упрямый человек. Думаю, нам просто нужно время, чтобы вновь поладить.

— Понимаю, вы снова поссорились, — теперь девушке пришла очередь вздыхать, и её вздох был куда печальнее. — Мне очень хочется, чтобы моя семья… То, что от неё осталось… Не разваливалась ещё больше.

— Можем поговорить об этом, если у тебя будет время. Его величество пригласил меня на турнир и великодушно позволил взять тебя с собой.

Рия улыбнулась, но тут же вновь нахмурила брови.

— Я, конечно, не особенно люблю такие… Забавы. Да и отпустят ли меня? С тех пор, как уехал господин Гальн, здесь порой творится самый настоящий хаос. Вчера одна из сестёр перепутала снадобья, и один бедняга весь день не покидал нужника. И это со сломанной ногой.

— Действительно, незавидная участь, — усмехнулся Альбрехт. — Что же до тебя, я поговорю с… Кто здесь сейчас всем заправляет?

— Матушка Анета. Но к ней я лучше пойду сама. Она не особенно любит имперцев, а господина Гальна, выдающегося врача, так и вовсе за глаза называла ригенским мясником.

— Стало быть, тебя она послушает? Постой, ты сказала Гальн? Эббен Гальн?

— Верно, — кивнула Рия. — Ты его знаешь?

— Слышал о нём. Он, кажется, хирург из Мерцбурга? В академических кругах подобные люди на слуху. Не знал, что Гальн в Энгате. Пусть Эдвальд Одеринг и прогнал отсюда имперскую власть, но ригенские люди по-прежнему слетаются сюда, как мотыльки на огонь. Энгата, как и прежде, остаётся тем диким краем, где всегда представится случай проявить себя.

— Чего это вы там про его величество говорите, имперцы? — недобро проворчал лежащий на койке рядом мужчина, которому Рия меняла повязку.

Он был молод, об этом говорили редкие чёрные усики над губой и искреннее возмущение, с которым он задал этот вопрос. Альбрехт только сейчас осознал, что при привычке обратился к внучке на ригенском, и всё это время они продолжали говорить на родном языке. Рия не нашлась, что ответить, но, к счастью, маг нашёл выход из положения.

— Его величество пригласил меня на турнир, а я предлагаю внучке пойти со мной, — непринуждённо сказал Альбрехт.

— Ааа, — мрачная усмешка человека была похожа на скрип плохо смазанной двери, — счастливые люди. А мне туда теперь уже путь заказан. Да и какой толк глядеть на то, в чём сам поучаствовать не сможешь? Расстройство одно. Ну его… Сам виноват.

— Сир Брандон сломал руку на тренировке, — пояснила Рия Альбрехту.

— Да какая там тренировка… — он, видимо, по привычке махнул рукой в повязке, и тут же простонал от боли. — Что я за рыцарь буду, если не признаю собственной ошибки? Вчера скучно стало, чёрт дёрнул в кабак пойти, а там эти, с Моирвена, лужёные глотки. Ну, мы и надрались до неприличия, а после состязаться вздумали. Так я и рухнул с коня, как мешок с дерьмом. Глупая история. Буду вам признателен, леди, и вам тоже, иноземный господин, если она не покинет этих стен.

— В таком случае вы легко отделались, — покачала головой Рия. — Пару дней назад сюда принесли беднягу со сломанной шеей. Тоже с лошади упал. Увы, прибыл сюда он уже мёртвым.

— Бесславная кончина! — горько воскликнул рыцарь. — Впрочем, в моей истории тоже чести мало. А ведь с самой Могилы эльфа сюда приехал. Только бы лорд Гвил не прознал…