Книга Тень железной руки, страница 102 – Илья Карпов

— Повезло же тебе.

— Я до сих пор проклинаю тот день. О моём увлечении узнала сестра, которая, к сожалению, не сумела удержать язык за зубами. Вылилось это в то, что помощи попросила её подруга, которая никак не могла зачать дитя. От бедняги грозился уйти муж, она была в отчаянии.

— И твоё сердце растаяло.

— Увы, я согласился помочь.

Вайс хотел было пошутить про небывалую мужскую силу, которой, судя по всему, обладает Дормий, но вовремя сообразил, что эта шутка будет ещё неуместнее прежней. Священник тяжело вздохнул. Судя по всему, эти воспоминания действительно лежали на душе тяжким грузом. Он пригладил бороду и продолжил.

— Не стану вдаваться в подробности ритуала, который мне пришлось провести. Скажу лишь, что обратился к созданиям стихийного хаоса.

— Понимаю. Вы исчертили пол какими-то знаками, а потом с этой девушкой…

— Я не прикасался к ней! — неожиданно горячо возразил Дормий. — В этом не было необходимости. Я вознамерился повторить ритуал, который обнаружил в одном полуистлевшем фолианте, купленном у смуглокожего торговца с жутким незнакомым акцентом. Суть процесса заключалась в том, чтобы, так сказать, воспользоваться частью элементальной сущности и подселить её в тело девушки. И мне это удалось. Нет, не случилось светопреставления, небеса не разверзлись, а небесный огонь не обрушился на нас, проломив крышу. Только свечи в комнате на мгновение вспыхнули необычайно ярко, да и то мне могло показаться.

— Как же вы тогда узнали, что всё получилось? Или же что ничего не вышло, и вы только напрасно сожгли свечи?

— В тот вечер — никак. Лишь несколько недель спустя, когда я уже успел позабыть о случившемся, сестра рассказала мне, что её подруга ждёт ребёнка. Как же я радовался тогда. Самонадеянный дурак. Если б я только знал, чем это обернётся…

— Твоя история становится всё страннее и страннее, — заметил Вайс. — Впрочем, если подумать, я сын анмади и ригенца, которого деревенский священник исцелил прикосновением руки после нападения дракона. Мне впору вообще ничему не удивляться в этой жизни.

— Каждый раз, когда человек так думает, боги находят, чем его удивить, — сказал Дормий и кашлянул в кулак.

— Как бы и ты здоровье не подорвал с этой сыростью. Давно здесь?

— Сложно сказать. Я бы мог считать время по этим каплям, но, наверное, уже сошёл бы с ума.

— Это точно, — усмехнулся Вайс и, придвинувшись ближе, добавил: — Так чем дело кончилось-то?

— Тем, что мне пришлось покинуть Дракенталь навсегда и стереть из памяти те знания, к которым так жадно стремился. Случившееся напоминало кошмарный сон, который я хотел бы забыть навсегда.

— Если не хочешь, не говори, — опасливо сказал Вайс. — Ты и без того достаточно рассказал, а кошмаров мне и наяву хватает.

Дормий утёр сделавшиеся влажными глаза.

— Мне пришлось бежать из города. Я поселился в неприметной деревушке на Золотом тракте и посвятил жизнь служению Отцу милосердия. Больше не видел ни свою семью, ни сестру, ни ту девушку… Не знаю, почему Холар решил одарить своей милостью именно меня, но если всё произошедшее со мной — это возможность если не искупить, то хотя бы на малую толику облегчить груз вины, что довлеет надо мной многие годы, я готов следовать его воле без тени сомнения.

— Ну, ты уже сидишь в сырой темнице. Осталось только принять мученическую смерть. Костёр, дыба, старая добрая виселица — вариантов море.