Книга Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 11, страница 72 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Игнис на своей трибуне взорвался яростью. Его золотая броня начала излучать обжигающий жар, он схватил свой тяжелый топор и спрыгнул на песок арены, прямо навстречу бронированным монстрам. Настоящий правитель не мог стерпеть такого оскорбления.

— Дарион! — голос Леона пробился сквозь грохот обрушающихся трибун.

Мелкий стоял у решетки, готовый обнажить меч, Тень рядом с ним щерил пасти.

— Оставьте их! — крикнул я, убирая Клятвопреступника. — У нас другие задачи.

Суматоха, паника, кровь и разрушения — идеальная дымовая завеса для тех, кто знает, куда идти. Вчера вечером на пиру, заплатив правильному виночерпию тяжелой золотой монетой, я получил исчерпывающую информацию о внутреннем устройстве Замка Крови.

Турнир, кристаллы, зрители — все это не имело никакого значения.

Я скользнул в темный зев технического тоннеля для зверей, оставив за спиной крики умирающих стражников и рев разъяренного Игниса. Тоннель вывел меня на нижние уровни крепости. Местные коммуникации пахли плесенью и серой, свет давали лишь редкие, тусклые кристаллы на стенах.

Шаги стали быстрыми, экономными, лишенными малейшего звука. Парочку встречных охранников, бегущих наверх к месту прорыва, я обошел, прижавшись к неровной каменной кладке, полностью стирая свое присутствие в пространстве. В их головах билась только мысль о защите господина, на тени они внимания не обращали.

Спускаясь всё глубже по винтовым лестницам, вырубленным прямо в породе, я подошел к сектору, откуда исходил тяжелый, тягучий магический фон. Это не были стандартные охранные плетения или эхо простых артефактов. Это ощущалось как холодное дыхание бюрократии, скрепленное клятвами на крови. Запах древних обязательств, въевшийся в самый камень.

Владыка Игнис не был идиотом, он держал своих вассалов не только страхом, но и железными бумагами.

Длинный коридор упирался в массивную дверь из темного метеоритного железа. Охранных конструктов здесь не стояло, дверь сама по себе представляла абсолютную преграду, пропитанную многослойными печатями.

Только печати уже вскрывали.

Воздух искрился от высвобожденной магии. У дверей вполне ожидаемо стояла Элирия. Ее изысканное синее платье покрылось серым налетом пыли, а пепельные волосы растрепались. Полубогиня с силой вжимала тонкие пальцы в поверхность металла, отправляя в замки концентрированные импульсы разрушающей энергии. Ледяной свет выжигал руны одну за другой с тихим, болезненным шипением.

Я остановился в десяти шагах, не скрывая своего присутствия. Звук моих сапог заставил её резко обернуться, выставив вперед левую руку, готовую метнуть убийственное заклинание.

Ее напряженный взгляд сменился легким удивлением, затем холодным пониманием. Опускать руку она не спешила.

— Вы сбежали с арены, Торн. В самый разгар веселья, — произнесла она ровно, продолжая правой рукой вскрывать последнюю печать на двери.

— Я пришел за своей платой. Глупо драться на арене, когда работодатель грабит кассу, — я подошел ближе, окидывая взглядом горящие руны. — Вам помочь с этим замком, или вы наслаждаетесь процессом?

Щелчок металла разорвал тишину. Тяжелая створка медленно подалась внутрь, открывая проход в темноту сокровищницы.

Элирия тяжело выдохнула, убирая руку. На бледной коже проступили красные ожоги от магического отката.