Книга Мир Дроу. Правящий Дом Миззрим, страница 7 – Денис Камков

В большом, просторном зале жертвоприношения, по центру каменного, до блеска отшлифованного темно-серого пола, стоял черный, матово блестящий камень, представлявший собой прямоугольный куб, высотой по грудь взрослому дроу. Одна из старших жриц, одетая в белый хитон с кровавым подбоем, воздев руки к огромнейшей, во всю высоту залы, статуи Л’лос, нараспев читала строки из ритуальной книги, где каждый псалом заканчивался одинаковой фразой, громко повторяемой ею раз за разом.

— Кровь за кровь! – Разносилось по каменной зале эхо последних слов жрицы из заключительной мантры, многократно отражаясь от стен.

Анлуриин, вместе с остальными девушками, стояла напротив жертвенного камня, выстроившись в небольшую очередь. Всего их было шестеро из тех, кто в этом месяце заметил на своих ногах кровь первых в своей жизни Регулов. Переход из ранга детей, не давал дроу, по сути, ничего существенного, за исключением очередной татуировки на их бедрах и более суровых наказаний, за какие-либо проступки. Конечно, с этого момента можно было заводить свою первую семью, или вступать в близкие отношения с мужчинами, но делать это, не закончив свое обучение и не пройдя Ритуал «Взросление», считалось не совсем правильным, хотя и не осуждалось напрямую, многочисленными традициями их расы.

— Кровь за кровь! – Снова прозвучали слова, сопровождавшиеся тихим вскриком очередной принесенной жертвы, а ее очередь к кубу продвинулась еще на один очередной шаг.

Впереди Анлуриин теперь оставалась лишь одна девушка, мелко трясущаяся то ли от страха, то ли от возбуждения. Она же сама, старалась вообще не думать о предстоящем ей Действе, сосредоточив свой взгляд на спине впередистоящей, и от скуки разглядывая татуировку, пролегающую у той между лопаток. Там был изображен толстенький ночной мотылек, который был бы вполне милым, если бы не грозные ротовые клешни и светившиеся красным глаза. Свои полупрозрачные крылья, он расположил на выпиравших сквозь кожу девушки костях ее лопаток, а длинные полые хоботки, заканчивающиеся острыми коготками, поднимались до самой ее шеи. Такие кровососущие насекомые, как знала Анлуриин, были тотемными для не очень большого Дома, откуда и была родом, стоявшая перед ней ее «соседка» по очереди.

— Кровь за кровь! – Вновь прозвучала мантра, призывающая заплатить кровавую дань богине, чтобы та благословила чрево новой женщины народа дроу, приняв кровь раба в качестве дара, искупающего потерю ею капель истинной крови, которая теперь станет для всех них, увы, достаточно регулярной.

Ее соседка, Анлуриин не знала имени шагнувшей вперед девушки, подошла к камню, куда прислужницы уже уложили очередного раба, оказавшегося коренастым гномом, с какой-то на редкость ощипанной бородой, давно не чесанной, торчащей в разные стороны куцыми, свалявшимися от грязи и крови паклями. Грудь гнома была обнажена, а снизу, почти до его пупа, на него были натянуты непомерно большие, груботканые штаны, закрывающие его ноги до самых ступней. Прозвучавшие слова жрицы еще эхом отражались от стен, возвращаясь в центр каменной залы, когда одна из прислужниц храма, вложила в руку дрожавшей девушки кривой, капающий кровью кинжал, и отступила назад, оставляя ту наедине с хрипевшей что-то нечленораздельное, жертвой.