Книга Древо Миров братьев Камковых. Том 2. Осколки, страница 113 – Денис Камков, Александр Камков

Тариэль, король Альтеров Великого леса спускался по светлой лестнице и сейчас, делая виток, скрылся за стволом исполинского Древа. Воины, встретившие нас, уже стояли на одном колене, стоило им только увидеть своего повелителя. Ведунья в знак почтения, наклонила голову, и я последовал её примеру. Хоть мне и следовало преклонить колено, я не стал этого делать, Тариэль не был моим повелителем. Его общее наречие, понятное большинству жителей Карна было безупречным.

— Встаньте! – Не то сказал, не то пропел он.

Последовав приказу, его воины поднялись с колен, а мы с Ведуньей, подняли головы. В тот же миг наши взгляды сцепились, как бывало с эфесами изящных, придворных шпаг на дуэлях дворян. Прожитые годы никак не отражались на лицах Альтеров, но глаза Тариэля говорили о сотнях, если не тысячах прожитых лет. Он устал, я видел, что даже сейчас глядя на гостей, которые бывали в его королевстве крайне редко, он думает о чем-то другом и мысли его были очень далеки отсюда. Когда-то ярко-голубого цвета глаза его, стали почти прозрачными, и радужка была едва заметна. Смотреть в эти древние глаза, было неприятно и, похоже, он прекрасно знал об этом. Лёгкая улыбка коснулась его тонких губ, оживив лицо и наши взгляды расцепились. Сделав усилие над собой, я не стал вытирать выступивший на моем челе холодный, липкий пот.

Владыка Тариэль был одет просто, но элегантно и дорого. Его серый костюм состоял из брюк и камзола расшитого серебром. Чело его украшала тиара из истинного серебра, являвшаяся, по сути, символом его королевской власти и древнейшего рода.

— Я ждал тебя, воитель. – Сказал он. – Я знаю, что Таварил, уже многое успела рассказать тебе по моей просьбе, ибо начинают сбываться предсказания.

Когда он назвал это странное слово, я понял, что он говорит о Ведунье и это её, наверно и есть, настоящее имя.

— Расскажи и ты мне, что твориться на Карне, будь другом Леса. – Продолжил он свою певучую речь.

Прочистив горло, я по армейским традициям ударил себя кулаком в грудь, как бы принимая приказ старшего по званию, и начал свой рассказ. Он не перебивал меня, но по его глазам и временами нетерпеливым движениям рук я понял, что многое он знает и сам. Единожды я заставил насторожиться его, когда поведал ему, о численности Оркусов в их степях. Закончив свой рассказ, я произнёс древнюю формулу дружбы.

— Дружба это одна душа, живущая в двух телах! – Тихо произнёс я. – Владыка Тариэль, я прошу Вас и надеюсь, что вы придёте на помощь в момент нашей общей нужды.

Последний день, проведённый с Ведуньей у её дома и этот, были днями загадок и откровений для меня. Тариэль ничего мне не ответил тогда и не произнёс ответную формулу, но во взгляде его, что-то появилось, и я изо всех сил желал, чтобы это был проблеск сознания всего ужаса, от грядущей в скором времени страшной войны.

Повернувшись чтобы уходить, он обернулся ко мне, и я увидел на его груди брошь. Золотой лист необыкновенной красоты и изящества, один из тех самых листов моего видения в Чёрной башне. Уже уходя, он тихо произнёс:

— В своё время ты получишь его!

Следующие четыре дня я потратил на зачистку второго этажа, исследуя его разветвленные коридоры и пещеры. Мне не попадались больше шаманы, как я окрестил ту тварь, что подарила мне плащ, сапоги и жезл. Я становился сильнее с каждым днем, проводя их в постоянных боях. Количество манны и сила удара росли как на дрожжах. Жезл тоже стал мне хорошим подспорьем, увеличивая силу заклинаний, по моим прикидкам, процентов на двадцать. День ото дня я ждал, что вести о моих рейдах дойдут до обитателей последнего, нижнего этажа этих катакомб, и кто-то из мощных гоблинов появится на моем пути, но пока этого не происходило. Кроме того я никак не мог найти прохода на третий подземный этаж.