Книга Древо Миров братьев Камковых. Том 3. Великий Ритуал, страница 116 – Денис Камков, Александр Камков

Но, каждый поединок имеет свой конец, а смертельные увечья, что сейчас получали уже порядком измочаленные меткими стрелами и ударами Ковальда побратимы Шаграта, заставили его броситься в самоубийственную атаку. Неточный, но очень мощный удар сверху вниз и по диагонали топора Шаграта проносится в том месте, где меня уже нет, и впивается в землю, по инерции таща за собой и пригибая плечевой пояс могучего воина. И только тогда, когда он взвился в мощный прыжок, летя в меня шипованным коленом вперёд, у меня мелькнула мысль, о том, что, если бы не руны я мог бы проиграть.

Талта – самая моя первая и лёгкая в использовании руна вновь спасла меня, замедлив вокруг меня мир. Точнее сказать, что мир не изменил скорости течения времени, а древняя магия ускорила меня в несколько раз. Отойдя с линии атаки Шаграта, я отпустил руну и когда его ноги коснулись земли, я подошёл сзади и почти без усилия протолкнул «душегуба» под его правую лопатку, пронзая его могучее сердце. Отчего то мне на секунду стало жаль этого воина и, наклонившись в его уху, я сказал:

— Ты мог бы победить Шаграт, но правда на моей стороне. Прими смерть достойно, я отомстил за своих девочек.

— Ты отомстил не тому! – Прохрипел Шаграт и сплюнул кровью. – Иди, мсти своему королю, это он в прошлом году договорился со мной о набегах на окрестные поселения. – Голос его совсем затих, и я едва его расслышал.

— Мы хотели мести, но не хотели войны! – Прошептав это, Шаграт, великий воин орды умер.

Я же стоял и не мог двинуться, переваривая его последние слова. Ковальд, слышавший всё, тряхнул меня за плечо и, всматриваясь в обзорную щель моего шлема проговорил:

— Не верь, это он специально сказал, чтобы ты расклеился и засомневался. Помнишь, что говорил наш инструктор по фехтованию?

— Сомнения – есть первый шаг к поражению! – Приходя в себя, произнёс я фразу, которую по молодости лет повторял, наверное, тысячу раз.

Основное сражение тем временем ушло вперёд и вправо. Время воспоминаний подошло к концу, и я стал всматриваться в то, что происходило в полукилометре перед нами. Разрозненным строем почти полу тысячная конная формация лёгких всадников Чингиргурхана неслась к ставке короля Вернона. Навстречу им набирал скорость клин из сотни отборных и тяжело бронированных всадников личной гвардии короля, и он был с ними, во главе строя.

Стяги короля Вернона полоскались и хлопали на ветру, солнце отражалось от длинных пик, которые наперевес держали его рыцари. Сшибка, страшный грохот, я вижу, как длинные пики ссаживают лёгких кочевников с сёдел. Всадники короля прорезают строй, как нож масло и бросают пики наземь, доставая свои длинные мечи и разворачивая коней. Кочевники уже оправились от удара и начинают свой боевой хоровод, закручивая смертельную кадриль вокруг неповоротливых закованных в сталь воинов. И тут, слава Восьмерым, случается то, чего мы все так ждём.

Вернон и сам прекрасный наездник понимает, что он в ловушке и единственным его шансом остаётся прорыв к последнему хирду двергов, защищавших его ставку. Коварные петли, бросаемые кочевниками, уже начали находить своих жертв и стаскивать его воинов с лошадей, их стрелы были почти безвредны для бронированных лошадей и рыцарей короля, но всё же иногда и они находили незащищённые щели и наносили урон. Избавление от позора и поражения принёс Черокхан. Второй смертельный хоровод затанцевал вокруг первого и даже отсюда, благодаря обострившимся чувствам я расслышал разговор двух братьев близнецов.