Книга Мир Теней, страница 122 – Денис Камков

Как оказалось, бросившееся мне в глаза несоответствие, было обусловлено прежде всего тем, что эта деревня находилась на самом берегу болот, где свили гнездо местные бандиты, которых в народе, который давно мне казался без всякой фантазии в названиях, называли болотниками. Этот факт катастрофически мешал Винтори как следует развиваться, как в торговле, так и в развитии своих собственных ремесел. Местные жители большую часть свободного времени, которое оставалось у них после всех рутинных, домашних дел, посвящали укреплению границ свого поселения, а так же восстановлению разрушенных после очередных набегов домов, а в мирное время – тренировкам своего небольшого ополчения.

Столица, хоть и была недалеко, но чаще всего не могла оперативно помочь своему слабому соседу, а потому набеги бандитов чаще всего оказывались удачными, внося не самый радостный, а напротив, весьма удручающий колорит, в итак суровые будни местных жителей. Болотники хоть и не захватывали деревню, прекрасно понимая, что регулярные войска, как только подоспеют на зов, попросту сомнут их числом и умениями профессиональных бойцов, но зато регулярно грабили несчастных поселенцев, после чего вновь скрывались в тумане этих бескрайних болот, унося с собой все захваченные в очередном налете трофеи.

Перевалив скальный хребет, мы оказались в предгорных холмах, с южной стороны от Белых гор. Нашему вниманию открылся потрясающий вид на столицу, раскинувшуюся на холмистой долине, в центре которой, в лучах вечернего солнца, блестели шпили и развевались вымпелы на флагштоках одноименного замка, где властвовал на троне людской расы, король Эдвин. Дорога понемногу пошла вниз, кони шагали ходко и вскоре мы уже въезжали в ворота столицы королевства людей.

Солнце уже село, когда мы миновали городские ворота и направились к ближайшей таверне, чтобы там поужинать и переночевать. Спросив аборигена, я по его указке свернул с центральной улицы направо и тут же уперся в большой постоялый двор, при котором была своя конюшня и приличная, судя по доносившимся из нее запахам, кухня.

Местный грум забрал у нас коней и, подбросив на ладони полученную от меня серебряную монету, спрятал ее в карман, после чего бодро повел уставших за день скакунов в стойла, которые виднелись, благодаря открытым настежь, из-за теплого вечера, дверям конюшни. Я попросил почистить их и задать корма и тот понятливо кивнул мне в ответ. Мы же вошли в обеденный зал, где в воздухе, кроме запахов жареного мяса, витали ароматы вина и табачного дыма.

В отличие от деревни, зал был почти полон, не смотря на то, что он почти втрое превышал по размеру и количеству столов предыдущий. Сделав заказ, я велел пацану наконец-то заткнуться, чтобы хоть немного отдохнуть от его постоянного словесного поноса. Я начал всерьез задумываться о ментальном воздействии, если слов моих будет недостаточно, чтобы прекратить воздействие на воспаленные, наверное, уже от его незатихающей болтовни, мои несчастные барабанные перепонки.

Хозяин принял от меня заказ и вскоре на стол, где мы расположились, уже поставили шкворчащую сковороду с жареным мясом, блюдо с исходившим паром вареным картофелем, посыпанным укропом и дубовую разделочную доску с нарезанными на ней различными сырыми овощами. После этого хозяин сам принес нам кувшин заказанного мной вина и пару больших бокалов на длинных, тонких ножках. Поинтересовавшись, не надо ли чего еще и получив от меня золотую монету, он с поклоном удалился, заверив, что комнату нам уже готовят.