Книга Измена. Круиз для одинокой жены, страница 20 – Кира Арден

— Я справилась сама, Артем. Мне больше не нужна защита, — я вскидываю подбородок, глядя ему в глаза. — А как же твоя… реабилитационная программа? Как Лера?

Артем усмехается. Усмешка у него вышла невесёлая.

— Программа закончилась той же ночью, когда ты сбежала с верхней палубы. Я поставил с Лерой точку через час после того, как ты ушла. Оставшиеся два дня она играла роль счастливой невесты на публику — из упрямства, из-за подруг в инстаграме, не знаю. Я перестал её замечать. Утром в Москве я просто оплатил ей такси с вокзала и попрощался. Не объясняя ничего.

Я молчу. Я не знаю, что мне сейчас положено чувствовать.

— Я тебя искал, — говорит он. — Все эти два месяца. Когда я узнал, что твоя компания выставила проект на тендер по этому ресторану, я опустил цену почти до себестоимости. Только чтобы оказаться с тобой в одном помещении и иметь право задать тебе один вопрос.

— Какой?

— Простишь ли ты, что я тогда не пошёл за тобой в каюту. Что отпустил тебя и отплыл в Москву, как будто ничего не было. Это, Лена, моя самая дорогая ошибка за последние пять лет жизни. Я её ношу на себе с того самого утра.

Он поднимает руку и одними кончиками пальцев касается моей щеки, заправляя выбившуюся прядь за ухо. Очень осторожно, как будто я могу разбиться. У меня в груди впервые за два месяца происходит что-то живое — не злое, не оборонительное, а просто живое. И я понимаю, что я сейчас, видимо, наклонюсь и поцелую его, потому что я три секунды не дышу и не могу заставить себя начать.

— Артем… я… — я пытаюсь найти слова. Его лицо медленно склоняется ближе, я уже чувствую его дыхание на своих губах.

Дверь бытовки резко распахивается, впуская внутрь рев строительной техники.

Мы отшатываемся друг от друга так быстро, что у меня в висках стучит.

На пороге стоит эффектная, высокая брюнетка с идеальной, салонной укладкой. На ней дорогой шелковый костюм насыщенного изумрудного цвета, в руках — кожаная папка для документов. Она уверенно, по-хозяйски проходит внутрь, цокая шпильками по дощатому полу, подходит к Артему и, совершенно игнорируя моё присутствие, кладет руку ему на плечо, оставляя на его щеке легкий поцелуй.

— Темочка, дорогой, ты забыл утвержденные сметы по мрамору в машине. Пришлось нести самой, — её голос звучит капризно, но с явными нотками владелицы положения. Затем она переводит снисходительный, цепкий взгляд на меня, безошибочно сканируя мой костюм и отсутствие обручального кольца на пальце. — О, а это, видимо, наш дизайнер? Добрый день. Я Диана, невеста Артема и по совместительству финансовый директор его холдинга. Надеюсь, вы не слишком его утомили своими фантазиями?

Что-то в моей грудной клетке делает короткий жёсткий кувырок и встаёт обратно — но уже на другое место. Невеста?!

Слово «невеста» бьёт меня под дых. Я не уверена, что в первые две секунды после этого слова я вообще нахожусь в этой бытовке: меня очень коротко, почти на физическом уровне, выносит куда-то в боковую комнату собственного черепа, и я там стою и слушаю эхо.

Потом я возвращаюсь.

Я делаю медленный, глубокий вдох — самый обычный, без театра, просто потому что грудь сама отказывается дышать ровно, и я ей помогаю. Загоняю всё, что во мне только что зашевелилось, обратно туда, где оно сидело все два месяца. Получается не идеально — на стенках чего-то там, внутри, остаётся холодное послевкусие. Но получается.